Давно и неправда : мифы о ледовом побоище

May 09, 2017  •  Leave a Comment

Давно и неправда:

Мифы о Ледовом побоище

 

Заснеженные пейзажи, тысячи воинов, замерзшее озеро и крестоносцы, проваливающиеся под лед под тяжестью собственных доспехов.

Для многих битва, согласно летописям произошедшая 5 апреля 1242 года, мало чем отличается от кадров из фильма Сергея Эйзенштейна "Александр Невский".

Но так ли это было на самом деле?

Миф о том, что мы знаем о Ледовом побоище

Ледовое побоище действительно стало одним из самых резонансных событий XIII века, отобразившимся не только в "отечественных", но и в западных хрониках.

И на первый взгляд кажется, что мы располагаем достаточным количеством документов для того, чтобы досконально изучить все "составляющие" битвы.

Но при ближайшем рассмотрении выясняется, что популярность исторического сюжета вовсе не является гарантией его всесторонней изученности.

Так, наиболее подробное (и самое цитируемое) описание битвы, записанное "по горячим следам", содержится в Новгородской первой летописи старшего извода. И это описание насчитывает чуть больше 100 слов. Остальные упоминания еще лаконичнее.

Более того, иногда они включают взаимоисключающие сведения. К примеру, в наиболее авторитетном западном источнике — Старшей ливонской рифмованной хронике — нет ни слова о том, что сражение происходило на озере.

Своеобразным "синтезом" ранних летописных упоминаний о столкновении можно считать жития Александра Невского, но, по мнению экспертов, они являются литературным произведением и потому могут быть использованы в качестве источника лишь с "большими ограничениями".

Что касается исторических работ XIX века, то, как считается, они не привнесли в изучение Ледового побоища ничего принципиально нового, преимущественно пересказывая уже изложенное в летописях.

Начало XX века характеризуется идеологическим переосмыслением битвы, когда символическое значение победы над "немецко-рыцарской агрессией" было выдвинуто на первый план. По словам историка Игоря Данилевского, до выхода фильма Сергея Эйзенштейна "Александр Невский" изучение Ледового побоища даже не входило в вузовские лекционные курсы.

Миф о единой Руси

В сознании многих Ледовое побоище — это победа объединенных русских войск над силами немецких крестоносцев. Такое "обобщающее" представление о битве сформировалось уже в XX веке, в реалиях Великой Отечественной войны, когда основным соперником СССР выступала Германия.

Однако 775 лет назад Ледовое побоище было скорее "локальным", нежели общенациональным конфликтом. В XIII веке Русь переживала период феодальной раздробленности и состояла примерно из 20 самостоятельных княжеств. Более того, политика городов, формально относившихся к одной территории, могла существенно отличаться.

Так, де-юре Псков и Новгород располагались в Новгородской земле, одной из самых крупных территориальных единиц Руси того времени. Де-факто каждый из этих городов был "автономией", с собственными политическими и экономическими интересами. Это касалось и взаимоотношений с ближайшими соседями в Восточной Прибалтике.

Одним из таких соседей был католический Орден меченосцев, после поражения в битве при Сауле (Шауляе) в 1236 году присоединенный к Тевтонскому ордену в качестве Ливонского ландмейстерства. Последнее стало частью так называемой Ливонской конфедерации, в которую, помимо Ордена, входили пять прибалтийских епископств.

 

Как отмечает историк Игорь Данилевский, основной причиной территориальных конфликтов между Новгородом и Орденом были земли эстов, живших на западном берегу Чудского озера (средневековое население современной Эстонии, в большинстве русскоязычных летописей фигурировавшее под названием "чудь"). При этом походы, организованные новгородцами, практически никак не затрагивали интересы других земель. Исключение составлял "пограничный" Псков, постоянно подвергавшийся ответным набегам ливонцев.

По мнению историка Алексея Валерова, именно необходимость одновременно противостоять как силам Ордена, так и регулярным попыткам Новгорода посягнуть на независимость города могла вынудить Псков в 1240 году "открыть ворота" ливонцам. К тому же город был серьезно ослаблен после поражения под Изборском и, предположительно, не был способен на длительное сопротивление крестоносцам.

 

При этом, как сообщает Ливонская рифмованная хроника, в 1242 году в городе присутствовало не полноценное "немецкое войско", а всего два рыцаря-фогта (предположительно, в сопровождении небольших отрядов), которые, по мнению Валерова, исполняли судебные функции на подконтрольных землях и следили за деятельностью "местной псковской администрации".

Далее, как мы знаем из летописей, новгородский князь Александр Ярославич вместе со своим младшим братом Андреем Ярославичем (присланным их отцом, Владимирским князем Ярославом Всеволодовичем) "изгнали" немцев из Пскова, после чего продолжили свой поход, отправившись "на чудь" (т. е. в земли Ливонского ландмейстерства).

Где их и встретили объединенные силы Ордена и дерптского епископа. 

Миф о масштабах битвы

Благодаря новгородской летописи мы знаем, что 5 апреля 1242 года было субботой. Все остальное не столь однозначно.

Сложности начинаются уже при попытке установить количество участников битвы. Единственные цифры, которыми мы располагаем, рассказывают о потерях в рядах немцев. Так, Новгородская первая летопись сообщает о 400 убитых и 50 пленных, Ливонская рифмованная хроника — о том, что "двадцать братьев осталось убитыми и шестеро попали в плен".

Исследователи считают, что эти данные не столь противоречивы, как кажется на первый взгляд.

 

Историки Игорь Данилевский и Клим Жуков сходятся во мнении, что в битве участвовало несколько сотен человек.

Так, со стороны немцев это 35–40 братьев-рыцарей, около 160 кнехтов (в среднем по четыре слуги на одного рыцаря) и наемники-эсты ("чудь без числа"), которые могли "расширить" отряд еще на 100–200 воинов. При этом по меркам XIII века подобное войско считалось достаточно серьезной силой (предположительно, в период расцвета максимальная численность бывшего Ордена меченосцев в принципе не превышала 100–120 рыцарей). Автор Ливонской рифмованной хроники также сетовал на то, что русских было чуть ли не в 60 раз больше, что, по мнению Данилевского, хоть и является преувеличением, все же дает основание предполагать, что войско Александра значительно превосходило силы крестоносцев.

Так, максимальная численность новгородского городового полка, княжеской дружины Александра, суздальского отряда его брата Андрея и присоединившихся к походу псковичей вряд ли превышала 800 человек.

 

 

Из летописных сообщений мы также знаем о том, что немецкий отряд был выстроен "свиньей".

По мнению Клима Жукова, речь, скорее всего, идет не о "трапециевидной" свинье, которую мы привыкли видеть на схемах в учебниках, а о "прямоугольной" (так как первое описание "трапеции" в письменных источниках появилось лишь в XV веке). Также, как считают историки, предполагаемая численность ливонского войска дает основания говорить о традиционном построении "гончей хоругвью": 35 рыцарей, составляющих "клин хоругви", плюс их отряды (совокупно до 400 человек).

Что касается тактики русского войска, то в Рифмованной хронике упоминается лишь о том, что "у русских было много стрелков" (которые, видимо, составляли первый строй), и о том, что "войско братьев оказалось в окружении".

Больше мы ничего об этом не знаем. 

 

Миф о том, что ливонский воин тяжелее новгородского

Также существует стереотип, согласно которому боевое облачение русских воинов было в разы легче ливонского.

По мнению историков, если разница в весе и была, то крайне незначительная.

Ведь и с той, и с другой стороны в сражении участвовали исключительно тяжеловооруженные всадники (считается, что все предположения о пехотинцах являются переносом военных реалий последующих веков на реалии XIII века).

 

 

По логике даже веса боевого коня, без учета всадника, было бы достаточно для того, чтобы проломить хрупкий апрельский лед.

Так имело ли смысл в таких условиях выводить на него войска?

Миф о сражении на льду и утонувших рыцарях

Разочаруем сразу: описаний того, как немецкие рыцари проваливаются под лед, нет ни в одной из ранних летописей.

Более того, в Ливонской хронике встречается довольно странная фраза: "С обеих сторон убитые падали на траву". Одни комментаторы полагают, что это идиома, означающая "пасть на поле боя" (версия историка-медиевиста Игоря Клейненберга), другие — что речь идет о зарослях камыша, который пробивался из-подо льда на мелководье, где и происходила битва (версия советского военного историка Георгия Караева, отображенная на карте).

Что касается летописных упоминаний о том, что немцев гнали "по льду", то современные исследователи сходятся в том, что эту деталь Ледовое побоище могло "позаимствовать" из описания более поздней Раковорской битвы (1268 год). По мнению Игоря Данилевского, сообщения о том, что русские войска гнали противника семь верст ("до Суболичьего берега"), вполне оправданны для масштабов раковорского сражения, но выглядят странно в контексте битвы на Чудском озере, где расстояние от берега до берега в предполагаемом месте битвы составляет не более 2 км.

 

 
 
 
 
 
 
 

 

Говоря о "Вороньем камне" (географическом ориентире, упомянутом в части летописей), историки подчеркивают, что любая карта с указанием конкретного места сражения является не более чем версией. Где именно происходило побоище, не знает никто: источники содержат слишком мало информации, чтобы делать какие-либо выводы.

В частности, Клим Жуков основывается на том, что в ходе археологических экспедиций в районе Чудского озера не было обнаружено ни одного "подтверждающего" захоронения. Отсутствие свидетельств исследователь связывает не с мифичностью битвы, а с мародерством: в XIII веке железо ценилось очень высоко, и вряд ли оружие и доспехи погибших воинов смогли бы пролежать в сохранности до наших дней.

Миф о геополитическом значении битвы 

В представлении многих Ледовое побоище "стоит особняком" и является едва ли не единственной "остросюжетной" битвой своего времени. И оно действительно стало одним из значимых сражений Средневековья, "приостановившим" конфликт Руси с Ливонским орденом почти на 10 лет.

Тем не менее XIII век богат и на другие события.

С точки зрения столкновения с крестоносцами к ним относится и битва со шведами на Неве 1240 года, и уже упомянутое Раковорское сражение, в ходе которого против Ливонского ландмейстерства и Датской Эстляндии выступило объединенное войско семи северорусских княжеств.

 

Также XIII век — это время Ордынского нашествия.

Несмотря на то, что ключевые сражения этой эпохи (Битва на Калке и взятие Рязани) не затронули Северо-Запад напрямую, они существенно повлияли на дальнейшее политическое устройство средневековой Руси и всех ее составляющих.

К тому же если сравнивать масштабы тевтонской и ордынской угрозы, то разница исчисляется в десятках тысяч воинов. Так, максимальное число крестоносцев, когда-либо участвовавших в походах против Руси, редко превышало отметку в 1000 человек, в то время как предположительное максимальное число участников русского похода со стороны Орды —до 40 тыс. (версия историка Клима Жукова).

 

ТАСС выражает благодарность за помощь в подготовке материала историку и специалисту по Древней Руси Игорю Николаевичу Данилевскому и военному историку-медиевисту Климу Александровичу Жукову.

© ТАСС ИНФОГРАФИКА, 2017



Подробнее на ТАСС:
http://tass.ru/spec/ledovoe?utm_source=gazeta.ru&utm_medium=referral&utm_campaign=exchange_gazeta


Праведник из СС | Такие дела

April 30, 2017  •  Leave a Comment

Праведник из СС

http://takiedela.ru/2017/04/pravednik-iz-ss/
 

Он родился 109 лет назад. Шпион абвера, эсэсовец, собутыльник советских солдат, неверный муж и праведник мира — все это один человек, Оскар Шиндлер

Мир узнал об этой истории случайно — из-за того, что австралийский писатель Томас Кенилли приехал по делам в Голливуд, и там у него сломался чемодан. Покупая новый, он разговорился с владельцем магазина: его звали Леопольд Пфефферберг, он был евреем и сумел уцелеть в оккупированном нацистами Кракове.

«И не я один — нас было тысяча двести. Всех нас спас один немец, Шиндлер. Оскар Шиндлер, слышали про такого?»

Кенилли не слышал, хотя давно интересовался темой истребления евреев нацистами. Он записал рассказ Леопольда, а потом, уже работая над книгой, не раз уточнял подробности у него и других бывших узников Краковского гетто. Роман «Ковчег Шиндлера» вышел в 1982 году и принес автору Букеровскую премию. Скоро он попал в руки набиравшему известность режиссеру Стивену Спилбергу, который загорелся идеей его экранизировать. Продюсеры возражали: фильм на такую мрачную тему наверняка будет убыточным. Только через 10 лет, став миллионером, Спилберг смог взяться за «Список Шиндлера». Голливудские тузы оказались неправы — хотя «Список» стал самым дорогим черно-белым фильмом в истории (одних статистов наняли 20 тысяч), расходы окупились десятикратно. Режиссер не взял себе эти «кровавые деньги» — на них был основан фонд, хранящий память о Холокосте.

Чемоданчик, принадлежавший Оскару Шиндлеру, с подлинными листами из «списка Шиндлера»Фото: Michael Dalder/Reuters/PixstreamФильм сделал Оскара Шиндлера, которого сыграл красавец Лайем Нисон, всемирно известным. В Израиле ему посмертно присвоили звание «праведника мира», на его могилу в Иерусалиме началось настоящее паломничество. Как часто бывает, рядом с «белой» легендой о нем тут же возникла черная. Некоторые из спасенных им заявили, что Шиндлер был убежденным нацистом и помогал евреям только за деньги. Тех, кто не мог заплатить, он не включал в свой знаменитый список, тем самым обрекая на смерть. Возмутились и чехи с поляками: оказалось, что Оскар когда-то готовил гитлеровское вторжение в эти страны. Дегтя в голливудскую бочку меда добавила и жена героя Эмилия, отыскавшаяся в Аргентине.

Кадр из фильма Стивена Спилберга «Список Шиндлера» (1993). В роли Оскара Шиндлера — Лиам НисонФото: United Archives GmbH/Alamy/ТАСС

«Он был негодяй! — твердо заявила она репортерам. — Бегал за каждой юбкой, ни о чем не думал, кроме денег и своих прихотей. Он и этих несчастных спасал только потому, что ему так захотелось.»

Правда, всерьез бросить тень на репутацию давно умершего Шиндлера эти обвинения так и не смогли — что ни говори, он спас 1200 человек, рискуя жизнью. Но ради чего он это сделал, мы до сих пор не знаем.

Оскар родился в 1908 году в семье австрийцев-католиков, переехавших из Вены в чешский городок Цвиттау. С окончанием мировой войны Шиндлеры стали гражданами независимой Чехословакии, что их не слишком обрадовало. Ганс Шиндлер научил единственного сына не только чинить велосипеды и мотоциклы, чем занимался сам, но и мечтать о воссоединении с фатерляндом. Оскар вырос красивым, уверенным в себе парнем, от девушек у него отбоя не было. В 20 лет он женился на Эмилии Пельцль, дочке богатого фермера. Но прогадал: разразился всемирный кризис, тесть разорился, ремонтную мастерскую отца постигла та же участь. С горя Шиндлер начал пить, не раз его задерживали за драки и скандалы. Потом он завел роман с подругой детства, родившей ему двоих детей. Почему-то Эмилия все это терпела: то ли очень уж любила красавца мужа, то ли не допускала мысли о разводе из-за католического воспитания.

Вдова Оскара Шиндлера Эмилия дома в Буэнос-Айресе, 1998 годФото: Rickey Rogers/Reuters/Pixstream

В 30-е дела Оскара наладились: съездив в Германию, он сделался агентом крупного банка, купил дом, задаривал подарками жену и постоянно менявшихся любовниц. Только через много лет выяснилось, что деньги ему давала немецкая разведка — абвер, для которой он добывал секретные сведения. В 1938-м его вычислили и посадили в тюрьму, но скоро Гитлер оккупировал Чехословакию, и Шиндлера освободили. Он тут же вступил в нацистскую партию и по заданию партии переехал в город Остраву близ границы с Польшей. Там он занимался подготовкой тайной операции, ставшей поводом для начала Второй мировой войны. Перед тем, как переодетые поляками эсэсовцы напали на радиостанцию в немецком Гляйвице, их форма хранилась в доме Шиндлера; там же, по некоторым данным, был спрятан труп уголовника, которого нацисты выдали за «жертву польских агрессоров».

Когда Польша была оккупирована, местных евреев согнали в крупные города, где устроили гетто. Одно из крупнейших находилось в Кракове; под страхом казни евреям запретили покидать его без специальных пропусков. Работы не было, люди голодали. Именно тогда в городе оказался Оскар Шиндлер, которого отправили туда то ли абвер, то ли СС. Сотрудничая с обеими организациями, он при этом мечтал не о «великой Германии», а о богатстве и красивой жизни. Ему повезло: евреи массово распродавали свои предприятия, и он за бесценок купил одно из них — фабрику эмалированной посуды «Эмалия». Сделать это его надоумил новый знакомый, бухгалтер Ицхак Штерн. Шиндлера, не страдавшего антисемитизмом, восхитила его житейская мудрость. Особенно ему врезалась в память фраза из Талмуда: «Кто спасет одного человека, спасет целый мир».

Оскар Шиндлер (в центре) и рабочие на фабрике в КраковеФото: AKG Images/East News

Но пока что Оскар не собирался никого спасать: он хотел делать деньги. Фабрика была разграблена, там остался лишь десяток кастрюль. Тогда он заключил сделку с ее бывшим владельцем Абрамом Банкиром: тот снова наладит бизнес, а за это будет избавлен от смерти. Так и случилось: рядом со своим кабинетом Шиндлер устроил тайник для Банкира, носил ему туда еду, а тот давал ему ценные советы. Когда фабрика заработала, ее продукцию сбывал на черном рынке уже известный нам Польдек Пфефферберг. Там же он добывал то, что было ценнее денег: дефицитные продукты, кофе, сигары. Все это использовалось для подкупа нацистских чинов. Тот же Штерн посоветовал Оскару нанимать на работу евреев: они готовы были трудиться, не покладая рук, ради своего спасения. Если вначале на фабрике работали всего семь евреев, то через два года их было больше тысячи. Производство расширялось, выполняя и военные заказы, ведь на фронте и в госпиталях тоже требовалась эмалированная посуда. Сначала Шиндлер набирал работников в Краковском гетто, но летом 1942 года нацисты начали «окончательное решение еврейского вопроса». Жителей гетто эшелонами вывозили в Освенцим, и Оскару пришлось в поисках рабочей силы наведаться в соседний с Краковом концлагерь Плашов.

Основное здание фабрики эмалированной посуды «Эмалия» в КраковеФото: Maurice Savage/Alamy/ТАСС

Комендантом лагеря был его ровесник Амон Гёт — убежденный нацист, наводивший ужас на заключенных. Каждый день он «играл в Бога», выходя на балкон своего кабинета и точным выстрелом убивая кого-нибудь из проходивших мимо заключенных. Даже среди эсэсовцев он прославился своим садизмом: в набегах на гетто не только расстреливал евреев, но и заставлял их родственников оплачивать стоимость истраченных на это боеприпасов. Как ни странно, они с Шиндлером быстро нашли общий язык — коммерсант был не чужд СС, а комендант тоже любил «сладкую жизнь», устраивая у себя дома званые приемы. Продукты и спиртное ему поставлял Шиндлер, а за это Гёт позволял другу забирать из лагеря всех, кого тот захочет. Вглядываясь в изможденные лица узников, Оскар пропал — теперь вместо безликой массы он видел людей, которым грозила гибель, которых он — и только он — мог спасти. Началась его собственная «игра в Бога» — он выдавал одного еврея за опытного химика, другого — за эксперта по дизайну, третью — за машинистку. Внимая мольбам спасенных, стал вызволять из лагеря их жен и детей.

Оскар Шиндлер дает интервью United Press InternationalФото: Bettmann/GettyImages.ru

Ему помогала приехавшая Эмилия. Устроившись работать в аптеку, она добывала для узников лекарства и украдкой подкармливала их — ужин им полагался только вечером после возвращения в лагерь. Там «евреи Шиндлера» жили в отдельных бараках, и Гёт их не трогал — Шиндлер убедил его, что без этих специалистов его фабрика просто не сможет существовать, тем более что вместо кастрюль там теперь делали патроны. Так продолжалось до лета 1944-го, когда к Кракову стали приближаться советские войска. Заключенных Плашова было приказано вывезти в лагеря смерти. Шиндлер с женой решили спасти их. Коменданту и другим эсэсовским чинам раздали взятки, но требовалось еще разрешение бургомистра Кракова на эвакуацию. К счастью, бургомистр оказался школьным учителем Эмилии — разрешение было получено. Секретарша Шиндлера Мими Рейнхард, которую он выдавал за опытную машинистку, одним пальцем, с ошибками отстучала на машинке список 1200 мужчин, женщин и детей — тот самый «список Шиндлера». Вообще-то, списков было пять, ведь каждой бюрократической инстанции требовалась копия.

Секретарша Шиндлера Мими Рейнхард, отпечатавшая спискиФото: Gil Cohen Magen/Reuters/Pixstream

Оскар решил вывезти своих подопечных в город Брюнлиц рядом с родным Цвиттау — там у него было много знакомых. Осенью эшелон с «его» евреями покинул Краков, но в суматохе вагон с детьми отцепили и отправили в Освенцим. Шиндлер, ругая себя за безрассудство, отправился в страшный лагерь, где все пропахло горелой человечиной. Перед этим он запасся липовой справкой, что руки подростков 12–14 лет лучше всего подходят для тонкой работы по изготовлению патронов. Как ни удивительно, это помогло, детей ему вернули — хотя не исключено, что и тут более важную роль сыграли взятки. На операцию по вывозу узников ушла большая часть сбережений Шиндлера. Остальное было потрачено на их прокорм на новом месте — завод в Брюнлице так и не начал работать и приносил одни убытки. Уже в конце войны туда явились эсэсовцы, приказавшие работникам копать во дворе могилы. Оценив ситуацию, Оскар предложил палачам перед экзекуцией выпить за победу Германии. В вине было снотворное, и, когда расстрельная команда проснулась, евреи уже спрятались в соседней каменоломне.

Еврейские рабочие фабрики эмалированной посуды Оскара ШиндлераФото: Israel images/Alamy/ТАСС

К городу приближались советские войска, жена предлагала Шиндлеру бежать, но он снова не захотел бросить своих подопечных. А ведь его вполне могла ждать судьба Амона Гёта, повешенного после войны в Плашове — многие видели, как он дружески общается с эсэсовцами. К счастью, солдаты не стали проверять у него документы (но забрали часы), а русская повариха, работавшая у него на кухне, объяснила, что это «хороший немец». Скоро он, выставив на стол припрятанный шнапс, пил с советскими офицерами за здоровье Сталина. Потом им с женой удалось перебраться в американскую зону оккупации, где один из его бывших рабочих помог ему получить документы. Кто-то еще рассказал о нем организации «Джойнт», помогавшей евреям, и она раз в месяц выдавала Шиндлеру скудные продуктовые наборы. Однако члену нацистской партии было нелегко устроиться на работу, и супруги бедствовали. Многие бывшие нацисты тогда уезжали в Аргентину, и в 1948 году Шиндлеры решили отправиться туда же. На последние деньги Оскар купил билеты не только себе с женой, но и очередной молодой любовнице — родственнице одного из «его» евреев.

Оскар Шиндлер в окружении спасенных им людей. Иерусалим, 1 мая 1962 годаФото: AP/East News

Городок Сан-Висенте встретил их ярким солнцем и южным радушием. Одолжив денег у еврейской общины, Шиндлер купил ферму, где его жена, выросшая в деревне, без устали ухаживала за коровами и поросятами. Ему самому такая жизнь не очень нравилась: под предлогом деловых встреч он постоянно ездил в Буэнос-Айрес, где поселил любовницу. Потом узнал, что правительство ФРГ выплачивает изгнанным из Чехословакии немцам компенсации за имущество, и отправился за океан. Да так и не вернулся, с увлечением прожигая полученные 100 тысяч марок. Сначала Оскар еще посылал скромные суммы жене, но когда в одном из писем он пожаловался, что начал полнеть от шампанского и омаров, она отослала очередной перевод обратно и прекратила всякое общение с неверным супругом. Она узнала о его смерти, только когда ее в 1993-м пригласили на съемки финала фильма в Иерусалиме, и три сотни выживших узников бросились к ней с криком: «Мама!»

Точное число спасенных им евреев неизвестно — кроме включенных в список 1200 человек, он помог еще многим. Может быть, именно поэтому во Франкфурте-на-Майне, где он прожил последние годы, на него смотрели косо. Однажды он даже съездил по физиономии какому-то партайгеноссе, обозвавшему его «любителем жидовок». Куда вольготнее, чем в Германии, он чувствовал себя в Париже, Нью-Йорке и особенно в Иерусалиме, куда приезжал почти каждый год. Там же в 1974 году он обрел последний приют, став единственным членом нацистской партии, погребенным на святой горе Сион. Хотя его похоронили по католическому обряду, надгробие украшает еврейская надпись «Хасиди умот ха-олам» – «Праведник народов мира».

Могила Оскара Шиндлера в Иерусалиме

Разговор по пятницам | Спорт-экспресс

April 28, 2017  •  Leave a Comment

Всеволод Кукушкин: "Вы графоман", - сказал я Тарасову"

Юрий Гольшак
Александр Кружков
 
 
 

РАЗГОВОР ПО ПЯТНИЦАМ

В традиционной рубрике "СЭ" легендарный хоккейный журналист, член Зала славы ИИХФ рассказал множество интересных историй. С чего начиналась Суперсерия-1972? Как Владимир Петров удружил Анатолию Тарасову? Что случилось с Владиславом Третьяком в 1976-м? Почему испытывал чувство вины Виктор Тихонов? Как Рене Фазель стал президентом ИИХФ?

– Знаете первую заповедь разведчика? – инструктирует нас герой.

Пожимаем плечами.

– Первая заповедь – не врать в мелочах. Мелочи должны быть отшлифованы.

Мы обещаем зарубить на носу – а Всеволод Кукушкин, легендарный хоккейный журналист, достает из авоськи книжки. Подписывает каждому. Мы успеваем разглядеть названия – "Голубой Маврикий", "Обнаженная со скрипкой"…

– Вы же на какой-то церемонии рассказывали, что начали писать роман! – с торжеством уличаем в лукавстве по мелочам. – Но дальше первой фразы не продвинулись. А первая была такой: "Завтракали там же…"

– Продвинулся, как видите, – усмехается он. – Все хоккейные раздарил. Только эти остались.

Мы не знаем, есть ли в Зале славы европейского хоккея еще журналисты. Зато Кукушкин там присутствует. Уже полвека он как переводчик рядом с решением самых важных вопросов. С самыми большими людьми. Мы мечтаем прочитать однажды его дневники.

А 3 мая Кукушкину – 75.

СУПЕРСЕРИЯ

– С какими мыслями подходите к юбилею?

– Успеть бы сделать задуманное! Как всегда, есть пара идей. Написать статью или книжку – это интересно. Но сильнее хочется событий. Я же был причастен к настоящим вехам в истории нашего спорта. Переводил Андрею Старовойтову (члену исполкома ИИХФ от СССР. – Прим. "СЭ") самый первый разговор по поводу Суперсерии-1972.

– С кем беседовал?

– С Аланом Иглсоном (бывший председатель профсоюза игроков. – Прим. "СЭ") и Джоном Зиглером (экс-комиссионер НХЛ. – Прим. "СЭ"). Оба приехали в Москву на "Приз "Известий". Хорошо запомнил, как Старовойтов их увещевал: "Пожалуйста, не пишите письма Подгорному. Он не глава государства! У нас партия – глава государства!" Те обрадовались: "А Брежневу?" – "Ему тоже не пишите. Все равно перешлют мне…"

– Когда к Хрущеву впервые подошли с идеей сыграть против канадцев, тот оживился: "Просрете, наверное?"

– Хрущев спорт не знал и не понимал. Дремучий человек, читать не любил. Между прочим, именно он подал первый список на расстрелы. За что ему пожаловали пост секретаря компартии Украины. А потом начал играть в "оттепель"…

– Кто-то из больших партийцев не предполагал накануне матчей с канадцами – ловить-то нам нечего?

– Хватало таких! Спрашивали, понятно, не меня, а Сергея Павлова (председателя Спорткомитета. – Прим. "СЭ"). Особенно встревожен был Суслов. Слушал референта. А референт ориентировался на рассказы собственного сына.

– На что ориентировался сын?

– На то, что писали канадцы: "Разорвем русских в клочья!" Состоялось заседание секретариата ЦК, первый вопрос был об участии в мюнхенской Олимпиаде. Второй – хоккейная серия.

– Что постановили?

– С Олимпиадой ясно: участвовать нужно, все пройдет нормально. Как дошло до хоккея, началось: "Дайте расписку, что не проиграете!" Заседание вел лично Брежнев, а Суслов вылез с такой вот фразой. Кто-то выкрикнул: "Кровью пусть распишется!" Но Леонид Ильич был довольно разумный человек. Ему пообещали: "Сыграем достойно!" Те же слова звучали в 1954-м, когда наша сборная отправлялась на первый свой чемпионат мира.

– Вы и это помните?

– Помнить не могу, мне Пучков рассказывал. Хоккеистов вызвали в ЦК – и не устроили никакой накачки. Просто сказали: "Знайте, мы будем за вас болеть. Не подведите!"

– Главное, чтоб не начали корректировать задачу по ходу.

– Вот это в точку – в 1972-м стоило выиграть первый матч в Монреале, тут же вылез какой-то хмырь: "Раз вы здорово играете – во втором обязаны побеждать…" Полный идиот.

– Если б привезли из Канады четыре поражения – что было бы?

– Да ничего. Мы в тот самый момент с блеском выигрывали Олимпиаду в Мюнхене. Легко было не заметить хоккей, дали бы две строчки в газете. И вдруг в Монреале – 7:3! Этот матч мы смотрели в мюнхенском телецентре.

– Ночью?

– Да! Сигнал шел из Монреаля в Москву, оттуда перебрасывали в Мюнхен. А компания в комнатке перед телевизором собралась любопытная: Павлов, Валентин Сыч, Виталий Смирнов, Мелик-Пашаев и я, корреспондент ТАСС. Забивает Эспозито – Павлов глядит исподлобья на Сыча. Следом Хендерсон, второй! Павлов спокойно, не отворачиваясь от экрана: "Валь, ты партбилет с собой взял?" – "А зачем?" – "Где сдавать-то будешь – здесь или в Москве?"

– Жестко.

– Это же Сыч убеждал Павлова, что все будет хорошо. Павлов со Смирновым переговариваются вполголоса: "Господи, проиграем… Лишь бы не позорно, не 0:8…" Тут на весь пресс-центр вопль: "А-а-а!"

– Гол Зимина?

– Да. Кроме нас, смотрели неподалеку техники. Они орали. А уж когда Петров сравнял счет, от криков заложило уши.

– Про Суперсерию множество легенд. Есть что-то, о чем мало кто знает?

– В Москву прилетели канадские журналисты. Восхищались, насколько все четко организовано. Я сдружился с парнем по фамилии Липа. Персональный фотограф Иглсона. Годы спустя просил у Алана карточки для моей книжки – тот махнул рукой: "Свяжись с Липой, он даст" – "А как авторские права?" – "Тебе можно!" Еще и бумагу написал, что разрешает использовать съемки 1972-го в моих телефильмах.

О чем не писалось… О том, что последний матч в Москве мы должны были выиграть. Забросили шайбу, а Кен Драйден выгреб ее из ворот.

– Пересекла ленточку?

– Сантиметров на пятнадцать! Сами ребята говорили: гол-то чистый!

– В Москве засудили сборную СССР. Как странно.

– Этот арбитр, Йозеф Компалла, хотел нам помочь. Последняя минута, Хендерсон выкатывается, его укладывают. Лежит, поворачивается к судье – а Компалла думает: дам удаление, выскочат шесть канадцев… Не свистит! Шайба у русских, счет ничейный. Хендерсон встает, чертыхаясь, в следующую секунду шайба к нему отлетает – он забивает, 6:5! Нас тогда сгубил закон золотого яблока.

– Это как?

– Самоуспокоенность! Кажется, вот оно, яблочко, сейчас само в ладошки упадет. А мимо проходит нахал и срывает. История мирового спорта знает немало таких случаев.

– Например?

– 1984 год, Карпов – Каспаров. При счете 5:0 Карпова от короны отделяла одна победа. Он почему-то решил, что дело сделано. И поплатился. Или финал хоккейного чемпионата мира-2008 в Квебеке. После второго периода канадцы вели 4:2. Я видел их настрой – ребята уже не сомневались, что выиграли матч. Разве можно не удержать такое преимущество, да еще дома, при своих болельщиках? Но забивали потом исключительно наши – Терещенко и дважды Ковальчук.

– А в 1972-м?

– Заканчивается второй период, счет 5:3. Все уверены, что канадцам ничего не светит. К Саше Гресько, заместителю начальника управления международных связей Спорткомитета, подходит Иглсон. С улыбкой: "Сейчас забросим две шайбы – и всем хорошо. Ничья и в матче, и в серии…" На что следует ответ: "Значит, мы – победители!" – "С чего бы?" – "По разнице шайб. Таковы международные правила".

– С лица Иглсона сползает улыбка?

– Естественно. Хотя никаких правил подсчета для Суперсерии не существовало. Алан мчится в канадскую раздевалку, заводит команду, предупреждает, что нельзя играть на ничью. Что было дальше, вы знаете.

– Мальцев нам рассказал, почему проиграли московскую часть Суперсерии. Бобров внезапно дал команде отдых – кто-то рванул прямо перед матчами в Сочи. Объяснение есть?

– Демократ! Бобров был вольнолюбец – а матерым тренером стать не успел. Зажать команду в кулак, как это делал Тарасов, не умел. Ребята, привыкшие жить в тисках, почувствовали свободу: ох… Вразнос!

А Компаллу, кстати, год назад встретил на чемпионате мира. Старенький, усохший. С гордостью продемонстрировал золотой перстень, полученный после Суперсерии: "Я уже сказал родным, чтоб с ним в гроб положили!"

– Такие перстни вручали каждому участнику Суперсерии?

– Нет. Только лучшему игроку матча. Ну и судьям.

– У Александра Якушева, которого признавали лучшим во всех московских матчах Суперсерии, четыре перстня. Один носит.

– Остальные в сейфе хранит. Многие хоккеисты так делают после того, как в 2002-м обчистили квартиру Мальцева и вынесли все медали. Раз уж о кольцах заговорили, вспоминаю Фирсова. У него было удивительное обручальное кольцо – сплющенное, с выбоинами.

– Не снимал перед игрой?

– Нет. Тогда не принято было. А клюшкой по рукам лупили – мама не горюй! Никакие перчатки не спасали. Еще Толя обожал в гараже возиться со своей "Волгой". Как-то полез под нее, плохо закрепил домкрат. Тот подломился, машина покатилась. Пока на крики из соседних гаражей не прибежали мужики, Фирсов рукой удерживал "Волгу". Иначе придавило бы.

Владислав ТРЕТЬЯК против Фила ЭСПОЗИТО в Суперсерии-1972.
Владислав ТРЕТЬЯК против Фила ЭСПОЗИТО в Суперсерии-1972.

ТРЕТЬЯК

– Последняя старая фотография, кадры кинохроники, на которые наткнулись – и были поражены?

– Не так давно увидел хронику – хоккейный "Спартак" на сборах. Все молоденькие, симпатичные, сидят, разговаривают. Бобров рядышком, Шадрин…

– Ничего постановочного?

– Нет, просто выхвачен кусочек жизни. Постановочным был другой кадр, вы его наверняка помните: Михайлов, Петров и Харламов распивают бутылку кефира. Явный спектакль!

– Это понятно.

– Мне сам фотограф Бочинин рассказывал, как оглядывался по сторонам: что им дать-то в руки? На базе бутылок кефира полным-полно. Вот и разлили смеха ради. Чтоб они кефиром баловались – вы это представляете?

– Немыслимо?

– За две недели до старта чемпионата мира или Олимпиады лидеры прекращали выпивать. Но когда турнир заканчивался, тренеры отправляли Юрзинова в ближайший бар – вызволять ребят. Он хватал одного, приводил в номер. Укладывал на кровать. Шел снова – брал другого. А тот, первый, умудрялся подняться на ноги и снова уйти.

– Юрзинов был человеком такой силы – чтоб таскать на себе хоккеистов под центнер?

– Силы-то ладно. Главное – не пил! Режимщик феноменальный. Вот вам история: обращается ко мне хоккеист: "Тебе как переводчику пиво полагается?" Да, отвечаю. Ежедневно ящик приносят, хоть упейся.

– Красота.

– Спонсор турнира – пивная компания. Хоккеист обрадовался: "Слава богу! А то заснуть не могу. Буду приходить к тебе каждый вечер". С того момента ровно в 22-00 в дверь: тук-тук! Я молча протягивал две банки – он исчезал. Выпивали вместе с соседом. Здоровенным ребятам банка пива – что слону дробина!

Была смешная поездка – занесло нас в городишко под названием Сан-Диего. Турне против команд ВХА. Прилетели в январе, из московской зимы. А там тепло, солнышко, бассейн. Вылезли загорать. Хоккеист шепчет: "Слушай, тебе можно! Закажи двойную смирновской…"

– Отчаянный выбор.

– Официант приносит, ставит на бортик бассейна – двойную и томатный сок. Игрок, проходя мимо, секундным движением руки опрокидывает рюмку в рот, не морщась. Мне говорит: "Запивай". И я давлюсь томатным соком.

– Какое мастерство.

– Хоккеист был величайший. Но вот так организм устроен. В том же Сан-Диего повезли в океанариум. Диковинка для нас. Появляется человек: "Сейчас вас поцелует косатка!" Точно – высовывается махина из воды и всякому склонившемуся языком проводит по щеке.

– Кто отважился?

– Первым – Валера Васильев. Харламов вслед кричит: "Не дыши на нее! Они этого не любят!"

– Сфотографировать успели?

– Я был с фотоаппаратом – щелкнул Третьяка. Позже в какой-то книге карточку опубликовали: мол, не только поклонницы Владика целовали.

– Кроме Юрзинова режимщики в хоккейной сборной попадались?

– Третьяк. 1976-й, турне закончилось – заглядываю в номер к Харламову. Тот сидит в голубых армейских трусах и майке. Смотрит на ногу: "Вроде заросло, а все равно болит…"

– Шрамы от первой аварии?

– Да. Я прислушался – из туалета странные звуки. Спрашиваю: "У вас что, бачок прорвало?" – "Это Владик на унитаз молится".

– Все-таки махнул?

– Ему налили чуть-чуть – моментально развезло. Организм не принимает, привычки-то нет. Закалка нужна!

– Когда-то вы рассказывали про способность совмещать хоккей с выпивкой у двух великих – Трегубова и Сологубова.

– Ставили перед собой два ящика. Один с зелеными яблоками, второй с водкой. Пока все не уберут – не разойдутся. Уникальные люди! Войну прошли, поддавали будь здоров…

– Курили в сборной тоже многие?

– Почти все. Во время Суперсерии-1972 в одном номере поселили Лутченко и Славу Анисина. Ночью перед первым матчем не сомкнули глаз. Курили и переживали, как будут играть.

– Можно понять.

– А годы спустя приезжаю в Канаду снимать фильм. Встречаюсь с Курнуайе, приглашает к себе домой. Вспоминает: "Ночь накануне первой игры мы не спали. Нас трясло. Я говорил соседу по номеру: боюсь этих русских! Не представляю, как они играют. Тому, что пишут газеты, не верю…" А Курнуайе был лучшим, в расцвете!

Вениамин АЛЕКСАНДРОВ (справа) и Константин ЛОКТЕВ. Фото Олег НЕЕЛОВ
Вениамин АЛЕКСАНДРОВ (справа) и Константин ЛОКТЕВ. Фото Олег НЕЕЛОВ

ЛЕВИН

– Самый недооцененный игрок советского хоккея?

– Веня Александров. Наш Бобби Халл! В 1963-м наколотил 53 шайбы за сезон, установил рекорд. Который лишь в этом чемпионате побил Мозякин, правда, матчей сыграл почти в два раза больше. Но Тарасов был к Вене несправедлив. Навешал ярлыки: "Трус, избегает борьбы…" Просто искал, на кого свалить неудачи – и сделал крайним.

Сказать, что Мальцев "недооцененный" – неправильно. Карьера-то ярчайшая. Хотя мог стать суперзвездой. Если б рядом были партнеры, как у Ларионова.

– Виктор Тихонов говорил нам: "Игорь Вязьмикин в ЦСКА по таланту опережал всех на три головы! Когда играли в Канаде, его невозможно было остановить…"

– Вязьмикина сгубили зеленый змий и агент, Сергей Левин. Увез в НХЛ, заморочил голову. В "Эдмонтоне" парень не заиграл, отправился в фарм-клуб, начал пить. Левин испортил карьеру и Валере Буре.

– Ему-то как?

– Плохо, когда агент не об игроке думает, а о собственной выгоде, пятачок перед глазами застилает всё. Слишком рано Валера уехал. В 17 лет очутился в команде "Спокан Чифс" из юниорской лиги, болтался там три года. Да, пробился в НХЛ, но играл за счет таланта и школы ЦСКА. Если б задержался в России на пару сезонов, вырос бы в звезду уровня брата. Это не мои слова – Тихонова, который считал, что Валера по потенциалу сильнее Паши.

– Левин – что за персонаж?

– Режиссер, на ленинградском телевидении заведовал развлекательными программами. Артистическая натура, фанат хоккея. Познакомились мы в 60-е. К эмиграции его подтолкнула сестра, вышедшая замуж за американца, и болезнь отца, у которого нашли рак. Позже Левин перетащил в Штаты друга – Витю Нечаева, бывшего хоккеиста СКА.

– Первый русский в НХЛ.

– Левин уговорил хозяина "Лос-Анджелеса" подписать с Нечаевым контракт. Тот провел три матча, не блеснул, и все закончилось. Но Серега понял, что на этом можно зарабатывать деньги. Пусть не было агентской лицензии, не хватало английского – приезжал в Москву, набирал молоденьких игроков и увозил в Америку.

– Левина подозревали в нетрадиционной сексуальной ориентации. Хоккеисты не жаловались?

– В смысле – не приставал ли к ним? Не слышал. Да и кто рискнет подкатить к хоккеисту? Так врежет, что мало не покажется. А про ориентацию Сереги долетали разные слухи. Знаю, что товарищу, который остановился у него в ленинградской квартире и привел подружку, Левин устроил разнос: "Чтоб больше такого не было! С девушками ко мне не приходить!"

– Нечаев рассказывал нам: "В Лос-Анджелесе сделали с Левиным портфолио для киностудий. Если фотография понравится – пригласят на кастинг. Я так никуда и не попал, а Серега получил крошечную роль в "Рокки-4". Сыграл ведущего на ринге".

– Вы будете смеяться, но даже мой сын Вадим, не имеющий никакого отношения к кино, снялся в трех китайских фильмах! Играл брата Куйбышева, который был военным советником в Китае, маршала Ворошилова, еще кого-то…

– Где работает сын?

– В Пекине, представитель российского банка. Живет в тех краях двадцать с лишним лет, язык освоил в совершенстве, вот китайские режиссеры и приглашают. Смотрите, прислал фото со съемочной площадки в маршальском кителе, а рядом актер, которому доверили роль Мао Цзэдуна.

– Самый чудной хоккейный агент, с которым сталкивались?

– Американец по прозвищу Чемоданчик. Бродил по московским аренам с блокнотиком, переписывал всех юниоров. Якобы куда-то рекомендовал, сулил золотые горы. Всерьез его не воспринимали.

Константин ЛОКТЕВ, Александр АЛЬМЕТОВ и Вениамин АЛЕКСАНДРОВ. Фото Анатолий БОЧИНИН
Константин ЛОКТЕВ, Александр АЛЬМЕТОВ и Вениамин АЛЕКСАНДРОВ. Фото Анатолий БОЧИНИН

САНДУНЫ

– Агенты портили игрокам карьеру. А жены?

– Тоже. К примеру, супруга Альметова работала официанткой в ресторане "Узбекистан", постоянно на выпивку провоцировала. Трудно удержаться, когда возвращаешься домой – а на столе бутылочка, закуска. И в 27 Саша играть закончил.

– Говорят, Локтев, Альметов и Александров шутили в бассейне Центральных бань: кидали на воду кильку в маринаде и закусывали прямо там.

– Не хоккеисты, а Михаил Жаров, большой артист, с друзьями. Не в Центральных банях, а в Сандунах. И не кильку бросали, а шпроты. Скандал был жуткий! Бассейн пришлось сливать, чистить, наполнять заново… Там же принял боевое крещение юный Лутченко. Он же дебютировал в ЦСКА 17-летним. На следующее утро ветераны во главе с Рагулиным отправились в Сандуны, взяли мальчишку с собой. Оттуда в ресторан. Лутченко потом рассказывал: "В какой-то момент я отключился. Проснулся часов в пять, в Раменском. Огляделся по сторонам – депо…"

– Как мило.

– Любимый ресторан хоккеистов тех лет – в гостинице "Россия". Когда собиралась компания, в разгар застолья кто-нибудь молча поднимал пятерню. Жест, адресованный официанту в дальнем углу, означал – еще пять бутылок шампанского!

– Что ж хоккеисты той поры именно на шампанском сидели?

– Шампанское быстрее выходит из организма – в отличие от водки и коньяка… Помню, как разбирали поведение Петрова. Но с Володей спорить было бессмысленно. Все выслушает – и отвечает: "Зато как я отыграл последние пять минут?!"

– Вы с ним в споры ввязывались?

– Меня об этом Сергей Гимаев спросил на панихиде по Петрову. Я рассказал: был единственный способ уйти от этих дискуссий, победить в которых невозможно. Просто сменить тему. Петров даже Тарасова жизни учил!

– Это как же?

– Анатолий Владимирович имел привычку вечером наедаться и укладываться спать. Из Швеции привез специальное устройство – грело в двигателе его "Волги" масло. Провода на базе в Архангельском тянулись в номер. В шесть утра со страшным рыком заводил автомобиль. Вся команда просыпалась.

И вот десять часов вечера, Тарасов спит. Хоккеисты выходят прогуляться – Петров видит эти провода: "А-а! Опять спозаранку нам устроит побудку?!" Вырывает. Тарасов утром выскакивает, мороз под двадцать. "Волга" не заводится! Как ни голосил, так и не узнал, кто удружил. Но и машиной с тех пор старался особо не рычать.

– Однажды в гостинице "Прибалтийская" Петрову перерезали горло. Еле выжил.

– Никому об этом не рассажу. Да и знаю с чужих слов.

– Ладно, проехали. Была с Петровым другая история – 1981 год, Швеция…

– Вот здесь я был свидетелем!

– Говорили, Петров выпил глоток шампанского и принялся кружить на чьем-то "Порше" вокруг гостиничного фонтана. Пока не приняла полиция.

– Да какой глоток! Одного нашего мастера настольного тенниса точно так же за рулем тормознула полиция. Он твердил про "глоток шампанского". Отвезли к медсестре, та взяла пробу: "Если шампанское – то ведро!"

Тогда в отель, где жила сборная, приезжала шведка на спортивном "Порше". Габаритная дама, в красной майке с буквами СССР. Обожала нашу команду. А тут мы чемпионы, уже отметили в раздевалке. Так как шампанского не хватало, разбавляли его водочкой.

– Знакомая штука. "Северное сияние".

– Вы меня не путайте! "Северное сияние" – это коньяк в шампанское. Если вливать водку, называется "Белый медведь". Шведка Петрову говорит: "Давай?" Он усаживается за руль – и вперед!

– Вокруг фонтана?

– Фонтан был перед входом, он-то подальше укатил. А там патруль дежурил. Нацепили наручники – и в отделение. Петров пытался объяснить – дескать, Советский Союз, хоккей, чемпион мира…

– Бесполезно?

– Да они знали! Ну и что? Пьяный за рулем? Все! Наутро Сыч и человек из консульства рванули выручать. Вытащили!

– За шведку-то как обидно.

– Шведки были без ума от Касатонова. Красавец!

– Касатонов?!

– Да! В молодости был стройный, сильный, улыбчивый. Тихонов с Юрзиновым выходят на тренировку – а Касатонов растяжку делает до изнеможения. Пот ручьем. Тихонов негромко: "Смотри, как гарцует! Видно, хорошенько вчера нарушил…" Ни выговоров, ни претензий. Дали дополнительные упражнения, и под нагрузочкой все вышло.

– В юности нарушал Касатонов легендарно.

– Если б Тихонов его не перевел из Ленинграда в Москву, не знаю, как Касатонов закончил бы. В том СКА – вообще никакой дисциплины.

– Тихонов уверял нас, что в 1981-м Харламов был не готов: "Я и сегодня не взял бы его на Кубок Канады…"

– Прекрасно помню тот момент – у Харламова проблема с голеностопом. Так называемая "заячья нога". Не мог маневрировать! Тихонов к нему подходил: "Давай, Валера, сезон доигрываешь – и на тренерскую". Харламов любил с детьми кататься.

– Что ж так жестко отцепил его от сборной?

– А вот это – миф! Вся команда знала, что Харламов не должен был ехать. Да и сам он был в курсе. Никто на ступеньке автобуса ему не объявлял – "ты остаешься". К тому времени Крутова выписали из больницы.

– Потом себя винил – лучше б провалялся в госпитале, Харламов улетел бы с командой.

– Переживали двое – Крутов и Хомутов. Оба считали, что "подвинули Харламова". Но тренер обязан думать о будущем!

– Гимаев каким в памяти остался?

– Добротный хоккеист, но не звезда. Зато комментатор получился хороший, нашел свой стиль. Мне нравилось, что он не тараторил, а взвешивал каждое слово, дорожил им. Сегодня на телевидении это редкость. Последний раз общались на похоронах Петрова. Не могли представить, что Гимаев – следующий. Выглядел замечательно, ни на что не жаловался. Поехал играть за ветеранов – и оторвался тромб. Это страшное дело! Ты можешь быть, как огурчик, а через полчаса – бах, и все.

Сергей ГИМАЕВ. Фото Сергей КОЛГАНОВ
Сергей ГИМАЕВ. Фото Сергей КОЛГАНОВ

"КАЛИГУЛА"

– ЧП с нашими за границей больше не случалось?

– Шикарная была история с Коноваленко. Зашел в Италии в туалет – а выйти не может. Нужно монетку опускать, оказывается. Но монетки нет!

– Высадил дверь?

– Умудрился перелезть сверху, даже к автобусу не опоздал! Коноваленко – непосредственный, открытый, бесхитростный. Еще и шепелявил – как Кирпич из "Места встречи изменить нельзя". Но в сборной пользовался громадным уважением, никто над ним не посмеивался.

– Был у сборной СССР живописный культпоход. Вы должны помнить.

– Это в Швеции. Нужно команду развлечь, сводить в кино. Фильм должен быть исторический, военный и с любовью. В консульство: "Братцы, есть такой?" – "Ага". Хоккеисты возвращаются с открытыми ртами – оказались на "Калигуле". Кто-то не попал, расспрашивает – о чем картина-то? Нет, отвечают, это не пересказать. Надо смотреть. Тихонов с Юрзиновым тоже хмыкают, ничего не говорят.

– Вы были?

– Не пошли массажист, доктор и мы со Старовойтовым. Утром чешем репу – может, сходить? Что ж все такие просветленные вернулись? Купили билеты. Старовойтов долго еще головой качал. Но главное – назавтра сборная разметала шведов, хозяев, шайб на девять! Ребята приговаривали: "Нам бы такой фильм перед Канадой показали – ее бы тоже порвали".

– Ну и водили бы дальше на эротику накануне решающих матчей. Раз действует.

– Не всегда! В Канаде однажды нарвались на три "икса".

– Мы заинтригованы.

– Там, если фильм "х" – это ограничение по возрасту. Может быть насилие. К примеру, "Обыкновенный фашизм" Михаила Ромма шел с двумя иксами. Фильм жесткий, но, разумеется, не эротика. А тут – три икса!

– Так что за кино?

– Мультяшка "Белоснежка и семь гномов", порнографическая версия. Кто предполагал – тот хмыкнул. Кто не знал – настроился на мультфильм. Посмотрели и на следующий день еле ползали.

– Почему другой эффект?

– Понятия не имею. Я же не сексопатолог.

В игре Владислав ТРЕТЬЯК. Фото Александр ЯКОВЛЕВ
В игре Владислав ТРЕТЬЯК. Фото Александр ЯКОВЛЕВ

ИКОНА

– Судьи сборной СССР часто помогали?

– Есть история! 1976 год, Олимпиада в Инсбруке. Старовойтов возглавлял судейский комитет, так все орали: "Арбитры тащат русских!" Финальный матч – наши против чехов. Судили канадец с американцем. Оставили нас на две минуты втроем! Что уж чехи не забили – дело случая.

Через два года чемпионат мира в Праге. Последняя игра – мы с хозяевами. Выиграть нам нужно в два гола. Весь стадион за своих, уже заготовлены плакаты: "Шайбы сильнее танков". Десять лет событиям! Кому доверить такой матч?

– Кому?

– У Старовойтова позиция – спрашивать обе команды: какого арбитра желаете? Отвечают: "Американца, отлично судит". Но тут засада! В тот же день играют две другие сборные. Тоже хотят, чтоб судил американец!

– Как быть?

– Старовойтов вспоминает, что на Олимпиаде-1968 арбитр из США отсудил за день два матча. Этот тоже говорит: "Смогу!"

– Какой молодец.

– Между играми пауза – пару часиков. У американца просьба: принести спагетти с мясным соусом и подремать в раздевалке. Все обрадовались: "Конечно! О чем речь?!" Ситуация спасена! Чехи выставили охрану возле раздевалки, чтоб никто не потревожил.

– Отсудил нормально?

– Блестяще. Хотя в Чехии до сих пор пересматривают момент – кому-то кажется, что гол был. А эпизод такой: чешский форвард выкатывается на Третьяка, въезжает прямо в него. Шайбу не видно. Где?! Арбитр разводит руки – гола нет! Владик поднимается – шайба под ним. До ленточки не доползла сантиметров пятнадцать.

– Как сыграли-то?

– Балдерис забил фантастический гол – вспомнил, как занимался фигурным катанием. Прыжок в длину, проталкивает шайбу… Мы победили 3:1, стали чемпионами мира. Тогда в Праге встретились два Тихоновых – Вячеслав и Виктор. Снимали кинофильм, как идет строительство метро в Праге, Вячеслава пригласили. Старовойтов сделал ему аккредитацию. Да вообще масса интересного было на том турнире…

– Что, например?

– Администратор Сеглин договорился со шведом, представлявшим канадскую фирму – всей сборной привезли коньки, которые наши прозвали "утюги".

– Похожи были?

– Да. Сегодня все в таких играют. Ручку от утюга напоминают. Вот вручают нам эти коньки посреди чемпионата. Даже потренироваться в них не успели. Выходим играть с каким-то средненьким соперником – наши падают с непривычки! Сыч на Сеглина орет: "Что за эксперименты в разгар чемпионата?!" Уже дал команду – переклепывать на старые. Такие, с задником…

– А потом?

– Провели одну тренировку – и пошло дело.

– Сеглин был не только администратором. Еще и судьей, неординарно завершившим карьеру.

– При мне это случилось. Судьи-то – не святые. Приезжают на чемпионат мира, встречаются, выпивают. Анатолий Владимирович отличался гостеприимством, накрыл стол. С утра чуток добавил на старые дрожжи. Что ему – игра-то вечером! А тут назначение, кого-то экстренно подменять в дневном матче. Даже бегать не надо, в кабинке за воротами сиди себе. Там Сеглина и разморило. Прикорнул. Проспал гол, не зажег лампу.

– Его под руки уводили из кабинки – Анатолий Владимирович был не вполне в себе. Голова болталась, как шар.

– Этого я не видел. Спрашивал Старовойтова: "Андрей Васильевич, что будет с Сеглиным-то?" Но в Союзе репрессивных мер к нему не применили. Сказали: у тебя возраст, судить на чемпионатах мира все равно заканчиваешь. Администратором при сборной остаешься.

– Человек с большим юмором.

– Спартаковец! Но работал на матчах ЦСКА – "Спартак". Выезжает: "Значит, так! Чтоб никаких разговорчиков!" Боря Майоров это слышит: "Никто и не говорит!" – "Ну вот, уже начал…"

Сеглин – уникум. По-английски два слова знал: "О’кей и хоккей". При этом стал лучшим другом миллиардера Тайера Татта. Тот недолго был президентом международной федерации хоккея. Когда приглашал сборную на рождественский турнир в Колорадо-Спрингс, Сеглина селил в пятизвездной гостинице "Бродмор"!

– Дружба творит чудеса.

– В 1967-м организовали в Москве турнир, посвященный 50-летию Октябрьской революции. Приезжает Татт. Надо бы дать слово, но страшно – Старовойтову нашептали: "У миллиардера золотые рудники, сейчас такое скажет…" Андрей Васильевич на Сеглина оглядывается: ручаешься за друга своего? Сеглин усмехается: "Не волнуйтесь!"

– Не подвел?

– Вышел, взял микрофон: "Поздравляю советский народ с праздником Великой Октябрьской революции!" Всё в таком духе. Кто-то Старовойтову говорит: "Надо в комсомол принимать…"

– Отличная идея.

– После первого периода Татт с Анной Ильиничной Синилкиной, директором лужниковского Дворца спорта, удалялся в ее кабинет. Та была женщина – ух! Наливали. Выпивали. Шел смотреть второй период, затем все повторялось… На том же турнире Татта спрашивают – что вам подарить? Нельзя же с пустыми руками из Союза отпускать! Размышлял недолго: "Я бы хотел русскую икону!" – "Икону?!"

– Чему удивляться?

– 1967 год! Сеглин поехал во Владимирскую область. В какой-то деревне за Петушками нашел старую икону, мухами засиженную. Татт уложил в чемодан. Еще черной икры ему принесли, двухкилограммовую банку. Туда же – бум! После рассказывал мне, как прилетел с этим добром в Нью-Йорк. На таможне вопрос: "Что везете?" Да вот, говорит, икона. Вызывают искусствоведа – определять ценность. Надо ж узнать, какой пошлиной обкладывать.

– И что?

– XVI век! Не подлежит оценке! Мировое культурное достояние – и отныне нельзя вывозить из США. У таможенника глаза круглые: "Ну ты даешь, парень. А это что?" Указывает на банку, завернутую в газету "Правда". "Черная икра" – "Да ты шутник. Проходи…"

– Еще иностранцам что дарили?

– На Олимпиаде в Нагано с финном Киммо Лейноненом, работавшим в ИИХФ, всё кумекали: что же вручить членам совета? Придумали! Собрали во всех федерациях значки. В каком-то магазине отыскали плакетки и клей, который схватывал намертво. Своими руками смастерили и вручили каждому руководителю делегации. Время спустя узнаю – кто-то набор выставил на продажу. Не поверил: "Это невозможно!" Оказалось – правда.

– Кто?

– Бывший руководитель белорусского хоккея уезжал в Израиль и распродавал все. Так один комплект попал на рынок. Среди коллекционеров он известен. Всего было штук пятнадцать.

Владислав ТРЕТЬЯК и Анатолий ТАРАСОВ. Фото Игорь УТКИН
Владислав ТРЕТЬЯК и Анатолий ТАРАСОВ. Фото Игорь УТКИН

ИНТЕРВЬЮ

– Тот же Сеглин при Советской власти ездил на "Волге" в Шотландию. Через всю Европу. Рассказывал, как в Ватикане ночью окно в машине разбили – стащили старые штаны.

– Да, ездил – у него же сын до сих пор в Глазго живет! Сеглин был из редкой породы благородных авантюристов.

– Как тренер Богинов.

– Наслышан о его приключениях, но мы практически не общались. Помню только, что к Старовойтову он обращался: "Сэр Эндрю". А Тарасов называл Андрея Васильевича: "Недобитый белогвардейский офицер".

– Почему?

– Одет всегда с иголочки. Накрахмаленная рубашка, галстук, аккуратная прическа. В этом огромная заслуга жены, Агнессы Федоровны, пылинки с мужа сдувала. Анатолий Владимирович и Андрей Васильевич когда-то вместе за ЦДКА играли, дружили много лет. А потом Тарасов устроил подлянку. Написал "телегу" в Министерство обороны, чтоб Старовойтова уволили из армии.

– Повод?

– Двум медведям в одной берлоге не ужиться. При всей педагогической гениальности добреньким Тарасова точно не назовешь. Жуткий интриган, Старовойтов – не единственный, кого так схарчил. Зато великий мастер пиара. Я поражаюсь французам, которые вылепили из Наполеона образ гениального полководца. Хотя расстрелял из пушки соотечественников, утопил несколько миллионов человек в крови, проиграл войну. Закончил жизнь позорно на острове Святой Елены. Что ж в нем гениального?! Вот и Тарасов, как главный тренер сборной, не выиграл ничего.

– Победы пошли, когда стал помощником Чернышева.

– Совершенно верно. Анатолий Владимирович делал какие-то замечания, но игрой со скамейки руководил Аркадий Иванович. К сожалению, сегодня об этом мало кто помнит, больше разговоров о Тарасове. У которого нагрузки в ЦСКА были кошмарные, на износ. Придерживался принципа: выдержишь – будешь в составе. Нет – до свидания, возьму другого. В итоге все, кто играл у Тарасова, рано поумирали. А из команды Чернышева, который гораздо бережнее относился к людям, многие дожили до старости.

Или такой штрих. В 1957-м попала в Союз книжка канадца Ллойда Персиваля "Хоккей". Сейчас библиографическая редкость. Купить нереально. Первый перевод оказался в руках у Тарасова. Анатолий Владимирович вычеркнул одну главу – а остальное отдал: "Печатайте!" Догадываетесь, какую?

– Нет.

– Главу "Тактика". Самое важное, за счет чего выигрываются матчи.

– Ладили с Тарасовым?

– Вот вам еще история. Мне, молоденькому журналисту "Комсомолки", дают задание – взять интервью у Тарасова. Набираю номер, Анатолий Владимирович отвечает: "Перезвони завтра в 7 часов" – "Завтра же у вас в это время матч…" – "В 7 утра звони!" Я ж не знал, что он так устроен – просыпается ни свет, ни заря.

Ставлю будильник, звоню, как договаривались. Тарасов гудит в трубку: "Приезжаешь на хоккей в Лужники, подходишь ко мне перед матчем". Я соображаю – Анатолий Владимирович просил перезвонить в семь утра, чтоб мне сообщить вот это: "приходи на хоккей". Шутки у него такие.

– В Лужниках тоже шутил?

– Приобняв за плечи, ведет на глазах всей публики мимо скамейки. Команда на раскатке. Доверительно – только мне, больше никому! – рассказывает, рассказывает…

– Как здорово.

– Я в восторге. На следующий день мчусь в редакцию. С порога: "Тарасов сказал…" На этих словах меня прерывает маститый журналист Павел Михалев: "Подожди секунду!" Слово в слово пересказывает все, что я услышал от Тарасова. Про тактику силового давления, про то, как варьировать состав… Анатолий Владимирович всем это говорил, как выяснилось.

– Действительно, уникальный собеседник.

– Артист! Время спустя я имел смелость сказать Тарасову, что о нем думаю. Молодежный чемпионат мира в Канаде. Он поехал как советник федерации. Наша сборная выигрывает матч за матчем, добирается до финала и расправляется со шведами. В шесть утра у меня в номере телефонный звонок. Тарасов: "Я тут подумал и написал материал для ТАСС. Посмотри – может, что-то подправишь". Почерк у него разборчивый, беру листочки. Через минуту в ужасе – переписывать надо всё! Из вежливости подождал пару часиков, возвращаюсь к Тарасову: "Анатолий Владимирович, скажу честно – нужно всё переписывать. Либо отправлять как есть. Вы графоман!" Тот задумался на секунду: "Отправляй…"

– Обиделся?

– Нет. Подошел потом: "Ты первый, кто решился мне такое сказать!" – "Графоман – это не так плохо. У них тоже гениальные обороты случались". В 1992-м мы в Бостон летали, я переводил лекцию для трехсот американских тренеров. Тарасову аплодировали стоя. Он сам был растроган. Какая-то художница портрет нарисовала, вручила…

Виктор ТИХОНОВ. Фото Анатолий БОЧИНИН
Виктор ТИХОНОВ. Фото Анатолий БОЧИНИН

ТИХОНОВ

– Ваша книга "Хоккей нового времени" – о Кубках Канады и Тихонове. Какой эпизод из биографии Виктора Васильевича особенно поразил?

– Он же дитя войны. Папа ушел на фронт и в 1942-м пропал без вести, мама воспитывала одна. Как-то сгущенку по карточке получил. Принес домой, открыл, сел книжку читать. Зачерпывая по ложечке, не заметил, как всю банку съел. А она на месяц рассчитана. Мама вернулась с работы, увидела и заплакала. Тихонов говорил, что чувствовал себя виноватым до конца жизни. А я слушал, и к горлу подкатывал ком.

– Что его интересовало помимо хоккея?

– Тихонов на нем не зацикливался. Много читал. В поездки всегда брал с собой книги. А в последние годы – видеоплеер, фильмы смотрел.

– Какие?

– Про войну. Либо старые советские комедии. Помню, в 1979-м прилетели вдвоем в Америку по приглашению НХЛ. Юрзинова, который должен был с нами ехать, динамовское руководство не отпустило. На одном из каналов по вечерам крутили сериал "Бионическая женщина". Так Виктора Васильевича невозможно было оторвать от экрана. Наутро делился впечатлениями: "Конечно, все это фантастика, но мы даже не подозреваем, какие огромные психологические резервы скрывает человеческий организм!"

– Легендарные блокноты Тихонова держали в руках?

– Да, с его разрешения отксерил несколько страничек. Листая эти записи, понимаешь, что от Виктора Васильевича ничего не ускользало, фиксировал всё-всё-всё. У кого проблемы с мотивацией, кто о деньгах думает больше, чем о хоккее. Если у игрока свадьба или ребенок родился, Тихонов писал: "В ближайшее время будет беречься, под шайбу ложиться не станет…" Мы же книжку собирались делать.

– Когда?

– В августе 2014-го он сказал: "Сева, перед стартом сезона встретимся и начнем готовить книгу, обрабатывать мои блокноты. Кое-что я отсеял". Но болезнь помешала приступить к работе.

– У него был рак?

– Да. Четвертая стадия. Врачи считали, что химиотерапия уже не поможет. Рак бывает агрессивный, когда человек мгновенно сгорает, и вялотекущий. У Тихонова – второй вариант.

– Он знал диагноз?

– Нет. Жаловался, что ноги отказывают. В последние месяцы ему было очень трудно ходить. Конечно, сильно подкосила гибель сына. Васю постоянно вспоминал: "В гробу лежал, как живой. Словно уснул…"

– В госпитале навещали?

– По телефону беседовали несколько раз. Едва заикался, что хочу приехать, Виктор Васильевич отвечал: "Спасибо, Сева. Не надо".

– Понимал, что умирает?

– Думаю, да. Голос был совсем слабый.

Гарри КАСПАРОВ. Фото Григорий ФИЛИППОВ
Гарри КАСПАРОВ. Фото Григорий ФИЛИППОВ

КАСПАРОВ

– С кем еще из великих сводила жизнь?

– С Карполем. Году в 1999-м сопровождал женскую волейбольную сборную в турне по Азии. На скамейке Николай Васильевич – вихрь, а в жизни – милейший человек. Интеллигентный, с юмором. Не забуду прелестный диалог с его помощницей Валей Огиенко.

– Олимпийской чемпионкой Сеула.

– Вот Сеул они и вспоминали. Валя с улыбкой попрекнула: "Николай Васильевич, а ведь вы нас обзывали…" Карполь: "Да что ты! Никогда!" – "Было-было. Кто кричал во время матча, что я – идиотка?"

– А Карполь?

– Выдержав паузу, усмехнулся: "Не-е-ет! Я спрашивал – ты что, идиотка? Но своей игрой сразу мне доказывала – ничего подобного. Так и выиграли Олимпиаду…"

– Вы же и к шахматам имели отношение?

– На лондонском матче Карпов – Каспаров был пресс-атташе команды Гарика! Он тогда произнес: "Кукушкин в шахматах ни черта не смыслит. Значит, безопасен". В позиции на доске я в самом деле разобраться не способен. Подозрительность у шахматистов страшенная. Уверены, кругом шпионы, кто-то подглядит, что-то передаст…

А в 1980-м мы летели с шахматной Олимпиады, которая проходила на Мальте. Пересадка в Риме, поселились в гостинице на улице Волтурно. Тренер Игорь Зайцев тут же отозвался поэмой, где была строчка: "А все игравшие халтурно, живут на улице Волтурно".

– Феерично.

– Гарику было лет семнадцать. Говорю: "Тебе нужен костюм, время пришло!" Отправились выбирать втроем – Таль, Каспаров и я. Отыскали синий вельветовый, Гарику безумно понравился. Еще какую-то куртку взяли, он долго потом в ней ходил. Добрали галстук, рубашку, туфли. Экипировали по полной!

– Был счастлив?

– Абсолютно! Но вот что мне запомнилось – на обратном пути Каспаров и Таль обсуждали, на сколько ходов вперед надо просчитывать шахматную партию.

– На чем остановились?

– Таль говорит: "Знаешь, обычно могу просчитать ходов на восемь. Но чаще вижу хода на три вперед, а дальше – на нюх…" Когда Таль склонялся над доской, шевелил носом – всем и казалось: что-то унюхал!

– Больше гроссмейстеров не одевали?

– А вот приходилось! Из ЦК ВЛКСМ на спорт перекинули Дмитрия Постникова. Повез команду шахматистов на матч СССР – США в Нью-Йорк. Серьезное событие! Летели с остановкой в Швеции, где Дмитрий Васильевич осмотрел Бронштейна: "Что у вас за кофточка? Нужен пиджак!" Кто-то поддержал: "Есть в Стокгольме универмаг Pub. Там и приоденем". В его витрине стоял манекен – и подпись: "Ленин отправился делать революцию в костюме от Pub!" Это чистая правда – Владимир Ильич действительно ехал через Стокгольм, шведские социал-демократы приобрели ему костюм и пальтишко.

– Бронштейн должен был растаять от таких подробностей.

– Он упирался! Но Постников в комсомоле работал, умел убеждать. Четыре часа ходили и выбирали. Много-много лет Бронштейн щеголял в этом костюме.

Гэри БЭТТМЕН, Александр СТЕБЛИН и Рене ФАЗЕЛЬ. Фото Григорий ФИЛИППОВ
Гэри БЭТТМЕН, Рене ФАЗЕЛЬ и Александр СТЕБЛИН (слева направо). Фото Григорий ФИЛИППОВ

ДЕБОШ

– Финал Кубка чемпионов в Петербурге в 2006-м запомнился дебошем Александра Стеблина, тогдашнего президента ФХР. Что это было?

– Подпоили его.

– Осмысленно?

– Не знаю. Я был внизу, с Фазелем. А Стеблин в ложе смотрел хоккей, с кем – не в курсе. Но подпоили фундаментально! Один джентльмен из ИИХФ сразу сказал: "Чтоб на льду его не было!" Когда Стеблин обнаружил, что церемония награждения проходит без него, взревел. Мол, как же так, он здесь главный! Кто-то от большого ума ляпнул: "Это Кукушкин тебя не позвал. Хотя должен был за тобой прийти".

– В самом деле?

– Нет! А человека завели. Никто же не скажет руководителю федерации, что он в невменяемом состоянии. Проще на кого-то спихнуть.

– Дальше в ход пошла знаменитая тарелка с апельсинами?

– В меня Стеблин апельсины не бросал. Это у одного из организаторов турнира пятна на костюме остались. Потом они всё уладили.

– А вас Стеблин ударил?

– Давайте без подробностей. Он вернулся в Москву, быстренько лег в Боткинскую. Через пару дней пришел в себя, попросил меня приехать в больницу, извинился.

– Дорого эта история ему обошлась.

– Потерял пост президента!

– А мог бы до сих пор руководить ФХР?

– Вполне. Если б не пил.

- Вы работаете синхронным переводчиком на конгрессах ИИХФ. Самое памятное заседание?

– Знаете, как Фазель в 1994-м стал президентом Международной федерации?

– Нет.

– Мы с Валентином Сычом понимали – если на выборах победит Фазель, для России это оптимальный вариант. Лучше пусть ИИХФ возглавляет человек из нейтральной Швейцарии, чем Гордон Ренвик, например.

– Канадец?

– Ну да. Вдруг под давлением будет принимать решения в пользу соотечественников? С чехом Миро Шубертом тоже не все просто. Еще два кандидата – финн Каи Хиетаринта и какой-то лощеный голландец. Он первым отвалился. Поднялся на трибуну, порылся в бумагах и произнес: "Ой, мне жена помогала готовиться к докладу, перепутала листочки…" В зале хохот. То ли два, то ли три голоса получил.

Но сначала к нам подошел японец Соиче Томита: "Россия поддержит меня на выборах в члены совета ИИХФ?" А я предложил: "Может, сразу вице-президентом?" У Томиты глаза расширились: "Есть два вице-президента – от Америки и Европы. Третий не предусмотрен регламентом" – "А мы поставим вопрос!" И прописали с Сычом точную формулировку – почему надо избрать вице-президента от Азии. Прогрессирующий континент, впереди Олимпиада в Нагано…

– Ловко.

– Текст у Сыча. Берет слово – и в кипе бумаг не может отыскать нужную. А у меня-то в будке переводчиков есть копия. И зачитываю! Делегаты переглядываются. Что происходит? Спикер молчит, а перевод идет!

– Избрали японца вице-президентом?

– Да. После чего говорит к нам с Фазелем: "Я обещал Ренвику, с которым давно дружу, что голоса Азии будут за него". Рене отвечает: "Томита-сан, давай так – если он выбывает, эти голоса переходят ко мне…" – "Согласен".

– А дальше?

– Канадец отсеивается, в последнем раунде остаются Фазель и Хиетаринта, который до этого лидировал. Но благодаря азиатским голосам Рене побеждает с отрывом. Вот так-то, ребята.

– Фазель лечил зубы Кожевникову. А вам?

– Мне – нет. Только осматривал. Как-то лично Смирнову тащил зуб. Виталий Георгиевич предупредил: "Намучаешься со мной! Мы – русские, у нас зубы другие…"

– Так и получилось?

– Да. Больше часа в кресле продержал. Был корреспондент "СЭ" Владик Уткин. Приехал на чемпионат мира, морда тусклая. Разболелся зуб. Как раз мимо Фазель шагает. Окликаю: "Рене! Ты ж дантист?" – "Так что?" – "Глянь".

– Осмотрел?

– Уткин разинул пасть, Фазель секунду рассматривал – и по-русски огласил приговор. Емко. Чиркнул телефон клиники. Через два часа парень улыбался. Без зуба.

– Фазель изъясняется по-русски?

– У него способность к языкам. Начал учить русский в судейской раздевалке. Приехал в 1991-м на молодежный чемпионата в Минск, вслушивался… Одно слово повторялось особенно часто. Перед игрой Рене затягивал шнурок, тот лопнул. Фазель и высказался по этому поводу. Наступила гробовая тишина. Наконец кто-то выдавил: "Так ты говоришь по-русски?!" – "Нет-нет…"

– Нынче освоил полностью?

– Говорит не очень хорошо, но все понимает. Любимое занятие во время конгресса ИИХФ – взять наушник и слушать перевод на русский язык. Проверяет, как доносят до публики. Сейчас помогаю Фазелю готовить книжку "Русские приметы в хоккее и не только".

– Ух, как интересно.

– Как-то он приехал в Москву специально учить язык. Снял квартиру, неделю занимался с преподавательницей. Выходим, что-то забыли. И у меня началось: чтоб день сложился, надо присесть, посмотреться в зеркало, состроить рожу… Рене наблюдал, как завороженный. Но день получился такой успешный, что во всё поверил. Стал обращать внимание на хоккейные приметы.

– Ждем подробностей.

– Кто-то из вратарей нам сообщил, что всегда натягивает свитер сначала на руки, затем на голову. Однажды сделал иначе – на первых же минутах получил шайбой в лоб. Валя Козин, когда-то игравший в "Локомотиве", обязательно задерживался на разминке – ему надо было попасть в "девятку". Если удавалось – значит, в игре хоть одну, да забьет.

– Мы слышали, Куляш на ночь ставил клюшки в туалет.

– Это что! Один джентльмен из тренеров перед игрой на руки себе писал.

– Уральская школа?

– Московская. Никто не решался спросить, зачем он это делает. А теперь и не выяснить, умер.

– В 2013-м Фазель, кажется, хотел поучаствовать в выборах президента МОК.

– Его технично отцепили. Там железное правило – если соотечественник старше тебя по возрасту или по стажу в МОК и желает баллотироваться на какой-то пост, ты участвовать в выборах уже не можешь. Когда группировка, поддерживающая Томаса Баха, прознала о планах Рене, обратилась к Денису Освальду, другому члену МОК от Швейцарии.

– У того стаж больше?

– Да. В МОК с 1991-го, а Рене – с 1995-го. Освальд объявил, что выдвигает свою кандидатуру на пост президента. Автоматически закрыв дорогу Фазелю.

– Верите, что НХЛ все-таки отпустит игроков на Олимпиаду-2018?

– Маленький шанс еще есть. Не зря же люди из НХЛ мотались в Пхенчхан, изучали гостиницы, инфраструктуру. Кстати, не понимаю тех, кто в этой ситуации, не разобравшись, вешает собак на Фазеля. Дескать, такой-сякой, не смог переубедить Бэттмена… Там ведь идет совсем другая игра! НХЛ воюет не с ИИХФ, четко оговорившей, какая сумма от общего пирога ей полагается за участие в Олимпиаде. Бэттмен бьется с МОК, который на этом наживается больше всех, однако на уступки идти не хочет.

– Во время чемпионата мира-2000 в Петербурге вас ввели в Зал славы ИИХФ. Сюрприз?

– Полный! Вручили приз Поля Лойка. Эта награда для тех, кто внес вклад в развитие международного хоккея, но на профессиональном уровне не играл. Горжусь, что оценили!


Граф и фотографа Патрик Личфилд

April 15, 2017  •  Leave a Comment

Блестящие фотоснимки английского графа и знаменитого фотографа Патрика Личфилда

 
Блестящие фотоснимки английского графа и знаменитого фотографа Патрика Личфилда

Патрик Личфилд (полное имя Томас Патрик Джон Энсон / Thomas Patrick John Anson) родился 25 апреля 1939 года в знатной британской семье. Со временем унаследовал семейный титул и стал пятым графом Личфилда. Фотография его заинтересовала ещё в шестилетнем возрасте, когда в руках впервые появилась фототехника.

Граф учился в военной академии в Сандхерсте, служил в Гренадерском гвардейском полку (1959-1962), затем стал фотографом. Он добился блестящих успехов в рекламной и travel-фотографии, снимал для глянцевых журналов, хотя «ню» оставался любимейшим жанром Личфилда.

Гласность его работам придала родственная связь с королевской семьёй. Личфилд долгое время оставался главным фотографом при дворе, он снимал на свадьбе Леди Дианы и принца Чарльза. Портреты королевских особ в исполнении этого фотографа овеяны искренностью, свойственной большинству его работ.

Патрик Личфилд сфотографировал многих знаменитостей и опубликовал несколько книг. Он умер 11 ноября 2005 года после обширного инсульта, оставив богатое фотографическое наследие.

Блестящие фотоснимки английского графа и знаменитого фотографа Патрика Личфилда   

Блестящие фотоснимки английского графа и знаменитого фотографа Патрика Личфилда

Блестящие фотоснимки английского графа и знаменитого фотографа Патрика Личфилда

Блестящие фотоснимки английского графа и знаменитого фотографа Патрика Личфилда

Блестящие фотоснимки английского графа и знаменитого фотографа Патрика Личфилда

Блестящие фотоснимки английского графа и знаменитого фотографа Патрика Личфилда

Блестящие фотоснимки английского графа и знаменитого фотографа Патрика Личфилда

Блестящие фотоснимки английского графа и знаменитого фотографа Патрика Личфилда

Блестящие фотоснимки английского графа и знаменитого фотографа Патрика Личфилда

Блестящие фотоснимки английского графа и знаменитого фотографа Патрика Личфилда

Блестящие фотоснимки английского графа и знаменитого фотографа Патрика Личфилда

Блестящие фотоснимки английского графа и знаменитого фотографа Патрика Личфилда

Блестящие фотоснимки английского графа и знаменитого фотографа Патрика Личфилда

Блестящие фотоснимки английского графа и знаменитого фотографа Патрика Личфилда

Блестящие фотоснимки английского графа и знаменитого фотографа Патрика Личфилда

Блестящие фотоснимки английского графа и знаменитого фотографа Патрика Личфилда

Блестящие фотоснимки английского графа и знаменитого фотографа Патрика Личфилда

Блестящие фотоснимки английского графа и знаменитого фотографа Патрика Личфилда

Блестящие фотоснимки английского графа и знаменитого фотографа Патрика Личфилда

Блестящие фотоснимки английского графа и знаменитого фотографа Патрика Личфилда

Блестящие фотоснимки английского графа и знаменитого фотографа Патрика Личфилда

Блестящие фотоснимки английского графа и знаменитого фотографа Патрика Личфилда

Блестящие фотоснимки английского графа и знаменитого фотографа Патрика Личфилда

Блестящие фотоснимки английского графа и знаменитого фотографа Патрика Личфилда

Блестящие фотоснимки английского графа и знаменитого фотографа Патрика Личфилда

Блестящие фотоснимки английского графа и знаменитого фотографа Патрика Личфилда

Блестящие фотоснимки английского графа и знаменитого фотографа Патрика Личфилда

Блестящие фотоснимки английского графа и знаменитого фотографа Патрика Личфилда

Блестящие фотоснимки английского графа и знаменитого фотографа Патрика Личфилда

Блестящие фотоснимки английского графа и знаменитого фотографа Патрика Личфилда

Блестящие фотоснимки английского графа и знаменитого фотографа Патрика Личфилда

Блестящие фотоснимки английского графа и знаменитого фотографа Патрика Личфилда

Блестящие фотоснимки английского графа и знаменитого фотографа Патрика Личфилда

Блестящие фотоснимки английского графа и знаменитого фотографа Патрика Личфилда

Блестящие фотоснимки английского графа и знаменитого фотографа Патрика Личфилда

Блестящие фотоснимки английского графа и знаменитого фотографа Патрика Личфилда

Блестящие фотоснимки английского графа и знаменитого фотографа Патрика Личфилда

Блестящие фотоснимки английского графа и знаменитого фотографа Патрика Личфилда

Блестящие фотоснимки английского графа и знаменитого фотографа Патрика Личфилда

Блестящие фотоснимки английского графа и знаменитого фотографа Патрика Личфилда

Блестящие фотоснимки английского графа и знаменитого фотографа Патрика Личфилда

Блестящие фотоснимки английского графа и знаменитого фотографа Патрика Личфилда

Блестящие фотоснимки английского графа и знаменитого фотографа Патрика Личфилда

Блестящие фотоснимки английского графа и знаменитого фотографа Патрика Личфилда

Блестящие фотоснимки английского графа и знаменитого фотографа Патрика Личфилда

Блестящие фотоснимки английского графа и знаменитого фотографа Патрика Личфилда

Блестящие фотоснимки английского графа и знаменитого фотографа Патрика Личфилда

 

Навальный - вперед!

March 27, 2017  •  Leave a Comment

  Странные вещи происходят ныне на Руси Великой. Ни с того, ни с сего покатилась голова с премьерских плеч, к чему бы это?

  По стране в минувшие дни прокатился вал протестов против коррупции, главной мишенью оказался бывший главный демократ, а ноне главный коррупционер Дмитрий Анатольевич Медведев. Коррупционеры, естественно, победили, что было и так ясно, до опыта. Теперь в сети поднялся всенародный плач по побитым и забранным в кутузку бойцам Навального. Опять костерят омоновцев и предъявляют им счет за увечья пострадавшие бойцы и их торсида. Хотя и ежу было понятно, что они вышли на улицу для того, чтобы подраться с полициею и быть забранными в итоге в узилище. Что есть цель общественной деятельности навальновцев на современном этапе.

  Это, так сказать, мишура для дураков и наивных людей. Меня лично больше интересует другое. Кто и зачем дал зеленый свет Навальному, ведь любому непредвзятому человеку ясно, что он прочно встроен в современную государеву систему и действует по указке. Зачем пошел накат на Медведева, вот основной вопрос. Очень похоже на то, что существует острая необходимость отстранить Медведева и его группировку от власти до выборов 18 года. Говорят некоторые человеки, что Путин устал и не желает продолжать свой марафон, замучила падучая и прочее. На замену идет друг Кудрин. Значит, другу надобно поработать премьером, после чего избраться в цари уже будет делом техники. Путин к тому же утверждал ранее, что Медведев заболел, не уточняя пока, насколько серьезно. Однако, больной, которого нынче все зовут просто Димон, видимо, не внял увещеваниям консилиума старших более опытных товарищей и закусил удила, почему и понадобилось провести ряд мероприятий по развенчанию товарища Медведева из вице-королей в уголовный элемент.

  Вот такой грустный вывод следует для меня из последних событий на Руси Святой. Короче, слепой сказал - посмотрим.


Юрий Лотман | Последнее интервью

February 28, 2017  •  Leave a Comment

Последнее интервью Юрия Лотмана, 1993 год

Юрий Михайлович Лотман (1922-1993) — русский литературовед, культуролог и семиотик. Основоположник Тартуско-московской семиотической школы. Ниже размещено его последнее интервью, опубликованное в издании: "Человек", №6, 1993 г. Интервью взяла Л. Глушковская.


Анн Мальтс, Вальмар Адамс и Юрий Лотман на 75-летнем юбилее В. Адамса 30 января 1974 года в кафе Тартуского университета (ТГУ). Фото: suomilarissa.livejournal.com

Есть имена, которые поднимаются выше своих регалий, вырастают из них и сами делают честь времени, в которое вписаны, делу, которое становится делом не только их собственной жизни. А знаком целого поколения, школы, эпохи. Одно из таких имен - Юрий Михайлович Лотман. Профессор Тартуского университета, доктор филологии, член-корреспондент Британской Академии наук, член Норвежской королевской академии, ряда зарубежных научных обществ и редколлегий международных научных журналов. Но прежде всего - основатель тартуской школы семиотики, автор монографий, посвященных творчеству Пушкина, Карамзина, истории и типологии русской культуры, включая его любимую литературу XVIII - первой половины XIX века, а также театр, живопись и кино, наконец, исследователь тончайших механизмов художественного творчества, психологии искусства.

Среди наиболее значительных работ последних лет - телевизионные "Беседы о русской культуре", трехтомник избранных статей, подготовленный таллиннским издательством "Александра" (два тома уже вышли), исследования о роли случайных факторов в истории культуры... Начать разговор помогло "Послесловие" к третьему тому "Избранного". Есть там удивительные слова: "Просматривая написанное за сорок лет, автор не счел уместным его перерабатывать, вводя тексты соображения и материалы, появившиеся после первых публикаций. (...) В разное время мои статьи подвергались критике, порой очень острой и иногда имевшей политический характер. Я никогда на нее не отвечал, руководствуясь правилом Ломоносова: "Указывать ошибки - пустое дело: достойному надлежит сделать лучше". Ту же мысль несколько иначе выразил Андерсен в одной из своих сказок: "Позолота сходит, а свиная кожа остается". Я думаю, что "позолота" полемических заметок давно уже сошла; если от нашей работы осталась добротная свиная кожа, то она может представлять интерес для читателей". Сегодня, в эпоху всеобщей переоценки ценностей, позволить себе подобное могут очень немногие. Оказывается, "добротная свиная кожа", неизменная сущность - достояние избранных. А множество "званных" ниспровергателей "революционного прошлого" пересматривают и русскую историю, скажем, XIX века; в немилость впадают Герцен, декабристы: они же "разбудили"... Как-то в телепередаче один из дворянских потомков на вопрос: "Как вы относитесь к декабристам?", ответил: "Осуждаю. С них-то все и началось!"

- Насколько оправдано это обвинение?

- Наверное, это говорит тот, кто не закончил и семи классов... Это несерьезно. И что значит - "все началось"? Когда началось? Все началось при Адаме, когда он скушал не то яблоко... Понимаете, легко говорить гораздо больше, чем знаешь, и гораздо больше, чем думаешь. Ну что ж, каждый рассуждает в меру своих знаний, способностей и ума, а уж тот, кто может думать несколько глубже, тот думает. И, конечно, я никому не судья, ничего не оцениваю и гораздо больше сомне ваюсь, чем знаю. Но приходится слышать исключительно неквалифицированные суждения. Чем человек меньше знает, тем у него меньше сомнений, тем он категоричнее. И главное - тогда он ищет, кто виноват, а исходит из того, что он-то уж, конечно, прав...

- Я вспоминаю Ваши давние слова о том, что "декабристы проявили значительную творческую энергию в создании особого типа русского человека" и сопоставляю с другой Вашей мыслью о существе пушкинской "Капитанской дочки" - о том, что человечность выше "схематичных и социально релятивных "законов". На Ваш взгляд, до этой пушкинской истины не поднялись ни просветители ХУШ века, ни декабристы. Но почему она не дается и нам, на пороге XXI века?

- Мир, в котором мы живем, все больше хочет получить важнейшие ценности по самой дешевой цене. Это напоминает не очень радивых школьников, которые подглядывают в ответы на задачи, вместо того, чтобы решать их самим. Мы хотим получить истину как можно быстрее, как готовые ботинки, сшитые на "никого". А истина дается только ценой жертвы самого дорогого. По сути дела, получить истину можно только ради нее погубив себя. Истина не бывает "для всех и ни для кого". Рылеев максимально жертвовал, когда пошел на эшафот, а Пушкин,- когда не пошел на эшафот. Истину надо найти для себя свою...

- Юрий Михайлович, время, когда создавалась тартуская школа семиотики - шестидесятые годы,- в сознании нашего поколения связано с "оттепелью". Но в общем для интеллигенции это было не такое уж и легкое время...

- Легкого времени нет. Как писал Карамзин, что хорошо для дурачков - это поздний Карамзин, его интонация... что хорошо для дурачков, недурно и для воришек, а нам-то, князь, что?.. Человеку, который мыслит, и человеку, который имеет совесть, не может быть и не будет легко. Он все время находится, с одной стороны, под властью сомнений, а, с другой стороны, - под властью раскаянья. И он не ищет виноватых с подтекстом: а я-то прав... Тот же Карамзин писал про разницу между умными и глупыми... это в стихах, но я перескажу их в прозе... Умник полон недовольства собой, а дурак думает: меня ли не любить? Конечно, за многое многих можно обвинять, но начинать надо с себя. Если же люди, обвиняющие кого-то, предполагают, что сами они только жертвы и сами они абсолютно правы, о чем с ними говорить? Они останутся такими всегда) у них никогда не будет болеть совесть, потому что они - жертвы... Им что-то недодали... Они не будут мучиться собственной глупостью, потому что считают себя умными, они не будут мучиться чужими страданиями, потому что считают, что страдают больше других. Дай им Бог и дальше так жить... а мы вернемся к нашему вопросу...

- О судьбе вашей тартуско-московской школы семиотики, ее истоках и, как принято говорить, перспективах развития...

- Дело в том, что это направление возникло в силу каких-то случайностей, которые, однако, в истории культуры повторяются. Между прочим, в культуре, как в биологии... Скажем, в природе вдруг по не очень понятной причине все заливают муравьи... происходят какие-то такие взрывы... Тоже самое в культуре. Глухая пора бывает, пастернаковская глухая пора... и вдруг выплескиваются талантливые люди... В тот период, когда создавалась тартуско-московекая школа, на поверхность выплеснулась целая волна гениальных людей. Многих из них уже нет... Не всегда, конечно) гениальные возможности дают гениальные результаты, это сложный процесс. Но в тот период пульс культуры как бы забился в этой сфере. И, пожалуй, самое поразительное было - обилие блистательных умов... Постфактум разбирать, кто сделал больше, бессмысленно. Другое дело, что заложенный общими усилиями потенциал еще не исчерпан. Мы пережили некоторый период, когда старые, исключительно плодотворные в своих истоках научные идеи дали то, что они могли дать. Продолжение и в науке, и в культуре всегда есть отрицание. Нельзя продолжать, держась за готовые формулы. И, я думаю, сейчас мы переживаем период отрицания, который необходим и, по-моему, плодотворен. Мне кажется, мы уже близки к большому научному взрыву. Трудно сказать, каким он будет, но все-таки можно предполагать, что сведется он вот к чему...

Если не брать во внимание очень далекий античный период, а взять только нашу ближайшую историю, то мы стоим в Европе на Ренессансе и на XVIII веке. Это пространство, когда наука резко обогнала технику, и в результате техника тоже пошла вверх. Но разница между наукой и техникой в том, что техника (блестящий пример - Жюль Верн), техника делает предсказуемое. Еще не изобретено, но будет изобретено. И поэтому есть некая правда в том, что имена великих технических изобретателей мы забываем. Фактически не он, так другой сделает какой-то элементарный, адекватный технический шаг. В науке и в искусстве - дело другое. Искусство, в частности, идет по многим дорогам. И если бы в раннем возрасте - о чем страшно подумать - умерли Гете или Пушкин, никто не написал бы этих произведений. И разговор, что написали бы что-нибудь адекватное, - пустой. В искусстве адекватного нет... Это сфера непредсказуемого.

В чем особенность того, что, например, сейчас интересует нас в Тарту? Мы стремимся ввести непредсказуемость в область науки. До сих пор наука занималась причинно-следственными связями, оставляя непредсказуемое, случайное за своими пределами. Это необходимый этап, но это не конец. Таким образом, мы видим новый процесс. Он более живой, динамичный и в большей степени, между прочим, адекватно отражается в искусстве. Отсюда, как мы полагаем, и взгляд на искусство меняется. Когда-то Державин, хотя сам он был исключительно непредсказуемый поэт, поэт блестящих абсурдов, уронил такую фразу: "Поэзия, она чудесна, приятна, сладостна, полезна, как летом вкусный лимонад". Это высказывание - противоречащее ему самому, что, конечно, не противопоказано гениальности. Но на самом деле искусство, и не только оно, некоторые другие сферы культуры тоже, вводят нас в область непредсказуемого. И решать, как это решала классическая наука XVII-XVIII веков, что область непредсказуемого за ее пределами, и вообще за пределами науки, мы сейчас не можем. При этом совершенно иное место отводится искусству. До сих пор многие смотрели на него как на периферию для тех людей, которые не могут, не способны заниматься более точными вещами, строить эффективные машины... Так пускай пишут стишки... Мы переходим на другой взгляд: искусство как экспериментальная сфера сознания. Экспериментальная сфера, которая занимается игрой - сложными процессами переплетения случайного и неслучайного...

- Юрий Михайлович, в работе о роли случайных факторов в истории культуры Вы приводите гениальную пушкинскую фразу: не говорите - иначе нельзя было быть... Ум человеческий не пророк...

- Ум человеческий не пророк, а угадчик, он видит общий ход вещей, но невозможно ему предвидеть случая...

- Сейчас же, наоборот, все берутся пророчествовать и предсказывать, предопределяя не только события, но даже исторические лица. Может быть, в самом деле наука вышла на тот уровень, когда именно предвидение, предсказуемость, прогнозирование будущего играют все большую роль? А "исходные данные" позволяют Вам, например, как ученому судить с большой вероятностью о характере грядущего времени, культуры?..

- Когда мы смотрим на культуру, мы можем описать, например, эпоху романтизма и можем условно людей той эпохи назвать романтиками. Такой взгляд возможен. Но это не вся истина. Нам интересны люди той эпохи тем, что они все разные. Ни один не заменяет другого, ни одного нельзя предсказать. Нельзя же рассуждать, что если это современник Гофмана, то он должен был написать так-то. Ничего он не должен был... Он находился в широком поле непредсказуемости, которое и открывает новые дороги. В этом и есть, как уже говорилось, принципиальная разница между наукой и техникой. Мы привыкли рассматривать эти слова - наука и техника - как однозначных, как синонимы. Техника - безусловно, почтенная вещь. Она логична, она развивает то, что уже заложено, то, что уже имеется в "исходных данных"... А современная научная волна, как мне представляется, несет в себе взаимовлияние предсказуемых и непредсказуемых процессов.

Постренессансная европейская культура разделила науку и искусство. Не исключаю, что произойдет их сближение. Не исключаю, что само понятие науки несколько сдвинется, поскольку некоторые стороны здесь требуют другого подхода. Так, в результате большого движения науки мы достигли понимания того, что человек есть животное среди животных. Теперь, видимо, на следующем витке, придется заняться тем, что человек не животное. Или - не только животное, или - животное совершенно особого рода, что не отменяет предшествующего. Что, например, это чисто внешняя сторона... Нам, наверное, придется более глубоко разобраться в особенностях человеческой памяти, человеческого языка и в особенностях искусства как все-таки человеческого показателя. Конечно, это абсолютно некорректно - противопоставлять человека животным, и в серьезном разговоре этого нельзя себе позволить. Но когда мы говорим о животных, мы подразумеваем наиболее сложных млекопитающих, некий мир, который, безусловно, от нас отличается, но, вероятно, как-то и пересекается...

Был период в моей жизни, когда я собирался стать совсем не филологом, а энтомологом. Я очень плохо и очень мало знаю эту сферу, но думаю, что это та сфера, которую переводить как-то адекватно на формулы нашего понимания, если и возможно, то, видимо, в какомто недосягаемом будущем. Дело тут не только в протяженности жизни или в представлении, по Дарвину, что вначале примитивные существа делаются все сложнее и сложнее. По этому поводу возникают сильные сомнения, поскольку многократно наблюдались движения от исключительно сложных форм к более примитивным... Что за явление паразитизм? Это коллективизм. Это существование организма в союзе с другими организмами... Конечно, всякие прямые параллели между нашим исключительно неполным знанием биологии и социально-историческими процессами - это дешевые спекуляции, но всетаки что-то в этом есть...

Все наши достижения совсем не означают, что мы все открыли, все законы природы изучили, и теперь нам надо расширять свои знания только количественно... Написать еще одну работу об еще одном поэте... Надо написать еще одну работу об еще одном поэте, и еще тысячу работ об одном поэте. Но это не значит, что мы уже дошли до какихто общих ясностей, а дальше пойдет только черновая работа. По сути дела мы сейчас на пороге полной неясности... Один крупный ученый сказал в свое время, что наука идет не от непонятного к понятному, а от понятного к непонятному. Пока мы находимся в донаучном состоянии, нам все понятно, а первый признак науки - непонимание. Один хороший учитель рисовал на доске мелом маленький круг. Внутри него он писал: "знание", а за его пределами - "незнание". Он говорил ученикам: "Смотрите, какое маленькое пространство - знание, зато как мало оно соприкасается с незнанием..."

Потом он рисовал большой круг, писал внутри: "знание", снаружи: "незнание" и говорил: "Увеличив пространство знания, мы тем самым увеличили наше соприкосновение с незнанием". Чем больше я знаю, тем больше я не знаю. И это, между прочим, та черта, к которой хорошая школа должна подвести ученика в конце. Если высшее образование хорошее, а не повторение средней школы, то в конце концов оно вызывает у человека шок. Потому что из области, где он узнавал истины, он переходит в область, где узнает сомнения. И чем больше человек знает, тем больше он сомневается... И это уже область не только науки, не только искусства, но и область культуры в целом, в том числе и политики.

- Но сейчас все - от политиков до домохозяек, кажется, только тем и занимаются, что провозглашают свою точку зрения истиной в последней инстанции...

- Когда мы видим политика, который точно знает, что надо делать, который не сомневается, то в лучшем случае это глупый политик, а в худшем - опасный... Конечно, политика - такая область, где сомневаться нелегко, но это и есть реальная основа демократии. Главный принцип демократии ведь не в том, что позволительно говорить одному и сто одному человеку, а в том, что от безусловной истины, бесспорной и несомненной, мы переходим к праву на сомнение, к представлению об ограниченности своего знания и несовершенстве своих самых, казалось бы, правильных идей. И нам нужен другой человек... Не потому, что он умнее, а просто потому, что он другой... Приведу один пример. Я, видите ли, в жизни имел разные профессии, в том числе был артиллеристом... И артиллеристом, между прочим, неплохим...

- Кто бы подумал, Юрий Михайлович?..

- Что неплохим?.. Ну что Вы! Я же всю войну прошел... Так вот, предположим, у вас есть пушка, стреляющая по цели, которую вы не видите. Цель находится за горой. Перед вами гора, и ни черта не видно. Что делать? И вы делаете простые вещи. Вы выносите один наблюдательный пункт далеко влево, другой - далеко вправо и соединяете их рацией. Один смотрит под одним углом, другой - под другим, а вы видите то, что находится за горой. То есть вы меняете и таким образом расширяете свою точку зрения. Разница позиций обеспечивает некоторый прорыв к истине. Поэтому надо уважать чужое мнение за то, что оно - чужое. Не нужно требовать, чтобы оно совпадало с моим, тогда оно мне абсолютно неинтересно. Обычный ход ограниченности: мне нужно чужое мнение, если оно подкрепит мое. Нет, мне нужен тот, кто со мною не соглашается...

Видите, от артиллерийской стрельбы мы переходим к демократии. Тот, кто смотрит с другой точки зрения, видит то, что я не вижу, а я вижу то, что он не видит... Знаете, как у Жуковского: "Душе блеснул знакомый взор; и зримо ей в минуту стало незримое с давнишних пор..." То, что нас так много, компенсирует ограниченность ума каждого... И в этом, конечно, надежда.

- И все-таки, всегда ли единство оборачивается коллективизмом, нивелировкой личности, ограниченностью?

- Когда мы переходим от поиска истины к действию, нам необходимо некое единство. Сказать, что единство - всегда насилие, всегда ограниченность, тоже неправильно. Когда мы говорим, что нужно только множество, то тем самым проповедуем множество, а утверждаем единство. Безусловно, нужно и единство, особенно, когда от теории мы переходим к практике. Нельзя подавать советы хирургу, когда он уже принял решение. Но если с ним рядом нет тех, кто смотрит несколько иначе, тогда он должен в своем личном опыте и в своей личной медицинской культуре учитывать ограниченность, относительность своих знаний... Таким образом, мы все время находимся в сложных отношениях. Единство необходимо, сформулированность необходима для действия. Множественность необходима для мысли. И одно не должно победить другое... Не знаю, вероятно, и в области политики то же... А уж в области науки и культуры победа - самое опасное. Потому что она всегда создает возможность и искушение подавить чужую точку зрения.

Заметьте, как после последней мировой войны вырвались вперед побежденные страны. Потому что там распахнулось разнообразие идей и мнений, там отступили назад бесспорные истины. Между тем, бесспорные истины тоже нужны. Я бы очень не хотел, чтобы любую из этих двуединых идей, о которых я говорил, восприняли бы изолированно как какую-то проповедь.

...Вот вы слушаете хорошую музыку, которую исполняют на рояле, а потом вы слышите ее в оркестре... Конечно, рояль - это великое искусство, но все-таки он как бы навязывает вам одну точку зрения, одну интерпретацию, он, если хотите, тиран,.. он знает истину. А оркестр, особенно современный... В силу своей ограниченности я не люблю джаз, но когда я слышу, как вдруг саксофон начинает фантазировать, сочинять то, чего не было, по ходу,- это жизнь, это индивидуальность в коллективе. Он не вырывается за пределы джаза, но он импровизирует. А искусство - это величайший механизм импровизации. Конечно, не только импровизации. Если саксофон победит всех других и мы услышим лишь его импровизации, все развалится... Вот такие метафоры...

И главное, надо уважать другого. Очень удобно, чтобы другого не было. Чтобы не было другого воспитания, чтобы не было другого пола, как, скажем, и бывает в определенные моменты, когда женщина становится как бы мужчиной в юбке или оттесняется из какой-то сферы. Или же, наоборот, как сейчас, когда мужчины делаются женщинами в штанах... На самом деле бинарность необходима. Это очень интересный биологический закон. Ведь могло быть гораздо больше полов и гораздо больше органов чувств... В общем доминирует бинарность, потому что при этом можно создать множественность и сохранить единство...

Это, впрочем, уже другой вопрос. Но, вероятно, и ответ на часто задаваемый вопрос, зачем нам нужно искусство. Тут хлеба нет, а мы с вами стишки пишем... Но если мы не будем писать стишков, то хлеба никогда не будет... Только потому он, может, и будет, что мы не хлебом единым живем... Эта мысль очень глубокая (и старая), и ее обычно истолковывают, что "хлеб" - это низменное, а человек живет возвышенным чем-то. Это не так, не только так. Человек живет множественностью, отсюда - ответственность, потому что из множественности он должен сделать выбор. Действие есть. превращение потенциального множества в реальное единство. Если бы не было множества, то есть не было бы искушений, то в чем была бы заслуга нашей добродетели? Если бы не было многообразия путей, то какая же заслуга была бы в том, что мы можем выбрать именно этот свой путь?

Поэтому у элементарных одноклеточных (если мы их правильно понимаем, в чем я не очень уверен), так вот у одноклеточных нет выбора - все-таки они моральным судом не судимы, вряд ли можно представить ад для одноклеточных. У нас есть выбор. Знаете немецкую поговорку: "Wer hat Wahl, hat auch Qval..." "Кто имеет выбор, тот имеет мучение". И наоборот: кто имеет мучение, тот имеет выбор. А выбор есть мысль, и ответственность, и несчастье, и счастье. Вот в таком мире нам приходится жить. Проще сделать его казармой, или тюрьмой, или очень хорошим зоологическим садом, где зверей будут кормить и гладить, но все за них решать...

Но все-таки жить нам надо в человеческом мире, который накладывает на нас муки выбора, неизбежность ошибок, величайшую ответственность, но зато дает и совесть, и гениальность, и все то, что делает человека человеком...

____________________

Номер уже находился в печати, когда из Тарту пришло печальное известие: 28 октября на 72 году жизни скончался Юрий Михайлович Лотман. Так случилось, что это интервью стало для ученого последним. А введение к нему оказалось некрологом. Мы не хотим ничего менять в том, что было написано при жизни Юрия Михайловича. Добавим лишь одно.
Лотман, даже последних лет, казалось бы, очень академичный, всегда был "против правил": где и кому удалось так блестяще-неповторимо совместить структуралистские изыскания и классически ясную пропись книг и бесед по русской культуре XIX века?! И быть в этом совмещении последовательным... Это интервью не составило исключения. В своем последнем письме в редакцию Юрий Михайлович писал:

"Как историк я предпочитаю изучение прошлого малодостоверным прогнозам будущего. В основе таких прогнозов (особенно в форме, в которой они предлагаются массовому читателю) лежит предпосылка безусловной или очень вероятной предсказуемости. Эта предпосылка никогда никем не была доказана... Как человек я по природе своей оптимист, но как относительно информированный историк я слишком часто сталкиваюсь с необходимостью ограничивать эту свою склонность".

Сама возможность время от времени встречать таких людей, как Лотман, позволяет оставаться оптимистом даже самому информированному человеку. Информированный историк знает: если в нашей жизни, нашей культуре были и есть такие люди, как Юрий Михайлович,- значит в ней есть место надежде.

СССР: лучшее из полностью неизвестного сегодня. Фотографии Томаса Хаммонда

February 26, 2017  •  Leave a Comment

СССР: лучшее из полностью неизвестного сегодня. Фотографии Томаса Хаммонда

Обнаружен самый грандиозный и полностью неизученный пласт архивных фотографий СССР, снятых профессором Виргинского университета (1949-1991, США) Томасом Хаммондом на протяжении пары десятилетий - с конца 1950-х до начала 1980-х.

Хаммонд бывал в Москве, Ленинграде, Киеве, Ярославле, Риге, Самарканде, Пятигорске и еще нескольких городах. И в его объектив попадало то, что другие иностранцы, а также все жители СССР по разным причинам не снимали.

Санки из арматурин, объяснительная записка по поводу съемки моста в Риге, "Ленин и теперь живее всех живых", Тихвинский храм на Алексеевской, похожий на живопись Возрождения, простые прохожие, уличная торговля, пассажирские грузовики, детали быта.

 


https://virginia.app.box.com/v/HammondSlidesCREEES - 2885 слайдов общим весом в 9,5 ГБ.

http://www.ctevans.net/Historians/Hammond.html - заметки бывшего студента о профессоре.



























































































































Валерий Плотников | Bird in flight

February 19, 2017  •  Leave a Comment

Валерий Плотников — о том, как снимал Высоцкого, Михалкова и других российских знаменитостей

 

Валерия Плотникова называют портретистом ушедшей эпохи. Он создал знаковые портреты Лихачева и Рихтера, Пугачевой и Параджанова, Барышникова и Плисецкой, Михалкова и Тарковского, Лили Брик и Высоцкого, Бродского и Довлатова и многих других представителей российской элиты XX века. О том, как ему работалось со звездами, фотограф рассказал на творческой встрече в Санкт-Петербурге.

Валерий Плотников

Российский фотограф. Родился в 1943 году в Барнауле, живет в Санкт-Петербурге. Учился во ВГИКе, по окончании которого занялся фотографией. Специализируется на портретной съемке. Снимал советских артистов театра и кино. Псевдоним — Валерий Петербургский.

Владимир Высоцкий и Марина Влади

С Володей мы были хорошо знакомы, он же привел меня в Театр на Таганке, который я очень любил и где много снимал. Эта фотография уникальна: на ней Володя в настоящей бороде. Тогда у него полтора месяца был отпуск, он был в Париже и на Таити и вернулся оттуда с роскошной бородой. Марина рассказала, что они собираются выпускать в Париже его пластинку, и мы решили снять его портрет для обложки, а заодно и фотопробы для фильма, в котором Володя должен был играть Пугачева.

Я пошел в Театр на Таганке, где под расписку мне дали вот эти афиши, из которых я сделал фон-коллаж. Так и получилась эта фотография, на которой Володя стоит у меня на кухне на фоне таких таганковских шуток.

Я тогда вспомнил, что идет «Вишневый сад», где Володя играет Лопахина, бритый. Я говорю: «Сыграй Лопахина с бородой. Будет настоящий русский мужик». И он сыграл единственный спектакль с бородой. А на следующий день шел Гамлет, я надеялся увидеть с бородой и Гамлета, но Петрович (Юрий Любимов) был сильно против.

plotnikov_01
 

А вот моя любимая фотография. В свое время ее обозвали «Высоцкий и Марина на Кубе». Я сказал им: «на кубе», — а кто-то возьми и напиши с большой буквы. Я сделал этот кадр в то время, когда Володя снимался у Митты в фильме «Арап Петра Великого». Митта почему-то считал, что арап должен быть непременно с этими «наушниками», а меня это жутко раздражало, и я попросил Марину причесать ему эти локоны назад.

Она подошла к Володе, стала его причесывать — и вдруг я увидел такое выражение лица! Так смотрит только мальчик, когда в детстве его причесывает мама, — я такого Володи больше никогда не видел. И какое счастье, что камера уже стояла и что Марина его не заслонила, — все потрясающе сложилось.

Она подошла к Володе, стала его причесывать — и вдруг я увидел такое выражение лица! Так смотрит только мальчик, когда в детстве его причесывает мама.
plotnikov_02
Фото: Настя Головенченко

Михаил Барышников

С Мишей мы были хорошо знакомы. Он был таким естественным, таким чудным человеком, и, надеюсь, сейчас он такой же. Я все время хотел сделать его портрет — не балетный, не на сцене, но тем не менее чтобы он был динамичным, летящим. Миша уезжал на гастроли в Канаду, и выяснилось, что возвращается он только где-то осенью. Я понял, что погода будет мерзкой, и предложил сделать хотя бы просто эскиз до его отъезда.

Он жил тогда в доме на Миллионной улице, там же, где сейчас живет Миша Боярский. Никаких особых идей у меня не было, мы просто вышли на улицу. Были белые ночи, и я сделал вот этот кадр: пустой город, а в этом здании — будто стремительность полета. Я снимал со штатива, хассельбладом, этот кадр есть и в цвете. Все получилось замечательно, и я повез снимок в Москву, в журнал «Театр», где его сразу же стали готовить к публикации на обложке.

Были белые ночи, и я сделал вот этот кадр: пустой город, а в этом здании — будто стремительность полета.

А Миша уехал на гастроли, с которых в СССР так и не вернулся. Его побег был сымпровизированным, незапланированным. Он собирал деньги на «Волгу» и купил ее прямо перед отъездом, на что энкавэдэшники, которые нас потом допрашивали, сказали: «Надо же, денег насобирал в долг и сбежал». А обложку сняли с номера, она так и не вышла.

plotnikov_03
 

Андрей Тарковский и Юрий Ярвет

Это Андрей Тарковский и Юрий Ярвет во время съемок фильма «Солярис». Это трагическая история моей жизни. Работать на съемках «Соляриса» меня пригласил сам Андрей. Мне создали все условия, выделили собственную кабинку на площадке, даже каким-то образом сделали московскую прописку — без нее работать на «Мосфильме» запрещалось. А я месяца три промучился на картине и позорно сбежал, сделав всего несколько кадров.

У меня тогда не было ни адреса, ни места, ни телефона — найти меня не могли. Только в кабинке оставляли сообщения: «Валерий, где вы? У нас съемка». И уже потом, когда прошло много времени, они поняли, что я просто сбежал.

Это чудовищно и страшно говорить, но я понял, что он снимает совсем не то. Там все сошлось: Станислав Лемм сказал, что он разрешит снимать «Солярис», если будет снимать Тарковский, а Андрей тогда уже достаточно долгое время был в простое и, поскольку «Солярис» не самая плохая литературная основа, согласился. Но я видел, что это не фильм Тарковского.

Его следующей работой было «Зеркало», и вот с этого фильма я сделал бы потрясающий альбом. Это был мой фильм, но было уже поздно — я лишился отношений с Андреем на долгие годы. И я знаю: он имел на это полное право.

Я видел, что это не фильм Тарковского.
plotnikov_04

Потом меня «спас» Антониони. Когда Андрей увидел, что тот разговаривает со мной и подает мне руку, он хотя бы стал со мной здороваться. И снял тем самым с моей души большой крест перед своим отъездом.

plotnikov_05
 

Микеланджело Антониони

Это замечательная история, которая познакомила меня с Антониони — он сидит справа в профиль. Это был 1979 год, тогда все собирались компанией в мастерской у Беллы (Ахмадулиной) и Бори (Мессерера). Боря приглашал меня, чтобы я снимал исторические кадры, потому что у них бывал и Павел Антокольский, и Александр Тышлер, и кого там только не бывало.

В один из вечеров звонит мне Боря и говорит: «Слушай, Валера, приезжай. У нас Антониони, снимешь нас». Я говорю: «Он не будет сниматься». Есть люди, которые на дух не переносят стеклянный глаз фотоаппарата, и Антониони в их числе. Но поскольку из всех итальянских режиссеров самым «моим» был как раз Антониони, я не мог не поехать.

И вот я выставляю аппаратуру, настраиваю камеру, и тут Антониони говорит: «Но-но-но». «Ну, я так и знал, ладно», — думаю я, но аппаратуру не убираю. Я сел за стол, чтобы участвовать в общей беседе и быть рядом с великим режиссером. Без задних мыслей, просто чтобы высказать то отношение, которое у меня было к нему во ВГИКе, я рассказал историю о том, как пересматривал те четыре его фильма, которые были у нас в прокате, и как выучил их текст по монтажным листам, так что меня даже приглашали переводчиком, хоть я и не знал итальянского вообще.

Есть люди, которые на дух не переносят стеклянный глаз фотоаппарата, и Антониони в их числе.

Не знаю, связано ли это, но спустя какое-то время вдруг Антониони сам говорит: «Давайте снимемся». Так и получился этот кадр, на котором изображены Ваня Бортник (переводчик), Тонино Гуэрра и Лора Яблочкина (они тогда встречались), Борис Мессерер, Юрий Петрович (Любимов), (Владимир) Высоцкий, Белла (Ахмадулина), (Микеланджело) Антониони, его продюсер, итальянская муза Андрея Вознесенского, сам Андрей, мать моих детей Ирина Кассиль-Собинова и Илья Былинкин, муж Марианны Вертинской.

plotnikov_06
 

Через какое-то время Лора (Яблочкина) и Тонино (Гуэрра) решили оформить свой союз. Тогда в Москве женили иностранцев и каких-то очень почетных гостей только в Грибоедовском дворце бракосочетаний, и я поехал туда. Андрей Тарковский был свидетелем Лоры, а Антониони — свидетелем со стороны Тонино. Я снял несколько кадров Антониони во дворце бракосочетаний на фоне бюста Ленина. Из двери вышла дама и обратилась к Антониони, который стоял вместе с женой: «Так! С коврика! Коврик только для брачующихся!»

Потом эта дама стала читать мерным голосом: «От имени и по поручению обкома профсоюзов комсомольской организации, дорогие Лора и Тонино…» Не молодые уже люди, не первый брак, а она говорит им, что они должны плодиться и во имя социалистической родины чего-то там нести. Рядом стоит Антониони, который ничего не понимает, но все чувствует. И тут он, который вообще очень редко смеется, начинает хохотать. Такие моменты дорогого стоят.

plotnikov_07
Фото: Настя Головенченко
 

Елена Соловей

А это Леночка Соловей, это мы делали с Рустамом Хамдамовым пробы к фильму «Дубровский». С левой стороны на черном фоне большой палец самого Рустама, он держит черный фон, так как мы снимали на натуре. Слева тоже кто-то держит фон, белый, подсвечивает лицо. А бальное платье на Леночке сделано из газовой занавески, снятой с окна. Она короткая, поэтому я и снимаю не в полный рост.

Бальное платье на Леночке сделано из газовой занавески, снятой с окна. Она короткая, поэтому я и снимаю не в полный рост.
plotnikov_08
 

Никита Михалков

Эту фотографию Никиты я сделал, когда он снимал свою курсовую работу во ВГИКе, где мы, кстати, вместе с ним учились. Это снято в районе реки Оки. Никита сказал: «Приезжай, я буду снимать курсовую. Ты сойдешь на станции в чистом поле, возьмешь направо километра четыре, там будет ложбинка, ты ее перейдешь. Смотри, чтобы солнце все время светило с левой стороны. Пройдешь семь километров, потом повернешь налево».

В общем, я шел, не зная куда, ориентируясь на эти ложбинки и кустики. И действительно пришел и сделал там вот эту фотографию Никиты. Помимо того, что она мне очень дорога, в свое время ее очень оценил и Никита. Если сейчас напомнить ему, он, наверное, рассмеется, но тогда он сказал мне: «Знаешь, Валера, я хотел бы походить на эту фотографию».

Тогда он сказал мне: «Знаешь, Валера, я хотел бы походить на эту фотографию».
plotnikov_09
 

Юрий Богатырев

Это пробы Юрия Богатырева, которые я делал для Никиты Михалкова, когда мы готовились работать над фильмом «Свой среди чужих, чужой среди своих». Тогда пробы снимали в студии, в павильоне, в совершенно дурацкой обстановке. Актеры терпеть этого не могли — как можно изобразить что-то на голом заднике с прямым светом, таким мощным, что глаза слезятся?

А мы с Никитой вышли на натуру. В то время в Москве было много старинных домов под снос, можно было найти подходящее место. На фотографии Юра специально похудевший для этой пробы. Все так и осталось в фильме. Кроме меня.

Мы начали работать над картиной, и тут Никиту забрали на Тихоокеанский флот. Когда он вернулся, мне пришло в голову, что фильм-то мы будем делать про НКВД и что я под этим подписываться не хочу. И я ушел с картины.

plotnikov_10
 

Сергей Довлатов

Это последняя фотография Сергея — через несколько месяцев его не стало. Я приехал тогда в Америку с аппаратурой, хотел снимать людей, которых я знал еще по Петербургу: Владимира Войновича, Васю Аксенова, Мишу Шемякина.

С Довлатовым мы не были знакомы, но я разыскал его телефон, позвонил и сказал, что хочу его снять. А ему тогда было уже совсем не до того, и он отказался. Тем не менее я поехал на «Радио Свобода» — я знал, что он там. Захожу и вижу, что он не кокетничает: ему действительно не до этого, он на последней ниточке висит. И он говорит:

— Слушай, вот у нас тут Синявский с Розановой приехали, сними лучше их.
— Хорошо, я их сниму, но тебе тоже не отвертеться.

Я поставил свет и камеру для Синявского и Розановой, снял, а потом пришел за Сергеем и говорю: «Уже все готово, там надо только сесть». И он сел буквально на несколько кадров. Несколько раз в жизни я видел, как человек «чернеет» перед уходом, это видно и на этой фотографии.

Несколько раз в жизни я видел, как человек «чернеет» перед уходом, это видно и на этой фотографии.
plotnikov_11
 

Иннокентий Смоктуновский

Лучше всех и с удовольствием снимался Иннокентий Иванович Смоктуновский. Он гений, я посвятил ему целый альбом. После съемок фильма «Дядя Ваня», где Смоктуновский был не в гриме, а со своей бородой и достаточно длинными волосами, я попросил его: «Кеша, а будь любезен, отрасти бороду еще, пожалуйста, чтобы она была такая русская, несколько запущенная, и волосы чуть-чуть длиннее». И он в течение двух или трех месяцев действительно отращивал бороду.

Когда мы снимали этот кадр, он говорит:

— Ну, слава богу! Наконец-то я подстригусь и побреюсь, а то меня замучили. (Тогда актеры зарабатывали в основном на встрече со зрителями. Это так и называлось — «поездка за колбасой», потому что заработок был гарантирован и стабилен.)
— А что такое?
— Да замучили, все время спрашивают: «А почему у вас длинные волосы и почему вы с бородой?» А мне приходится отвечать: «Плотников повелел».

Он любил так кокетничать.

plotnikov_12
 

Михаил Боярский

Как-то мне надо было снять Мишу Боярского для обложки «Советского экрана». И вот женская часть моей семьи — сестры, жена, дочки — узнают, что я буду снимать самого Боярского, и говорят: «Возьми нас на съемку». И я согласился.

У меня была машина «Нива», однообъемная — багажник соединен с салоном. И когда мы все сели, выяснилось, что Мише-то сесть некуда. Тут я и говорю: «Миш, ну, в багажник сядешь?» Садится Миша в багажник (он узкий, колени сложил) и отлично поместился. Едем по Каменноостровскому проспекту, вдруг нас тормозит гаишник, и я в надежде побыстрее отвязаться говорю: «Вы извините меня, мы на съемку едем, Мишу Боярского снимать». Он смотрит — одни девочки в салоне. «Что ты мне лепишь?» — говорит. Обходим машину, я открываю багажник, а там сидит Миша и говорит: «Здрасьте!»

Я открываю багажник, а там сидит Миша и говорит: «Здрасьте!»
plotnikov_13
 

Paolo Pellegrin | Awake | MagnumPhotos.com

February 14, 2017  •  Leave a Comment

Awake

Paolo Pellegrin finds beauty in the pioneering awake brain-cancer-surgery work of one British surgeon

Paolo Pellegrin

http://www.magnumphotos.com/newsroom/health/paolo-pellegrin-awake/?utm_source=fb-social&utm_campaign=Editorial_Awake&utm_medium=social&utm_content=Linkpost

nn11450123-overlaynn11450123-overlayALBANIA. Tirana. 2015. Professors Henry Marsh and Mentor Petrela perform awake brain cancer surgery on Ilmi Hasanaj at the department of neurosurgery of the Mother Theresa university hospital.
 
Paolo Pellegrin Ilmi Hasanaj has awake brain surgery performed on him by Professor Henry Marsh at the department of neurosurgery in the Mother Theresa University hospital in Tirana. Albania. 2015. © Paolo Pellegrin | Magnum Photos
 

Retiring in 2016, British doctor Henry Marsh spent 28 years as a senior consulting neurosurgeon at St. George’s Hospital in London. His magnum opus was the pioneering of a brain survey technique called awake craniotomy, which is, essentially, where the patient is operated on while conscious. It is used to remove brain tumors that are difficult to distinguish from the brain itself. The surgeon uses an electric probe to stimulate the brain and observes if and how the awake patient reacts. The demographic most affected by these kind of tumors, which are incurable, mostly comprises young people. Without surgery 50 per cent of patients die within five years; 80 percent within 10 years. Surgery can prolong their lives by 10-20 years, sometimes more.

nn11450127-overlaynn11450127-overlayALBANIA. Tirana. 2015. Professors Henry Marsh and Mentor Petrela perform awake brain cancer surgery on Gjinovefa Merxira at the department of neurosurgery of the Mother Theresa university hospital.
 
Paolo Pellegrin Professors Henry Marsh and Mentor Petrela perform awake brain cancer surgery on Gjinovefa Merxira at the department of neurosurgery of the Mother Theresa university hospital. Albania. 2015. © Paolo Pellegrin | Magnum Photos
 
Paolo Pellegrin Ilmi Hasanaj has awake brain surgery performed on him by Professor Henry Marsh at the department of neurosurgery in the Mother Theresa University hospital in Tirana. Albania. 2015. Albania. 2015. © Paolo Pellegrin | Magnum Photos
 
 
Paolo Pellegrin Ilmi Hasanaj has awake brain surgery performed on him by Professor Henry Marsh at the department of neurosurgery in the Mother Theresa University hospital in Tirana. Albania. 2015. Albania. 2015. © Paolo Pellegrin | Magnum Photos
 

In August 2016 Doctor Marsh, who had performed the operation over 400 times by this point, travelled to Albania to carry out the procedure for the first time in the country. His fpatient was Ilmi Hasanaj, a 33-year-old bricklayer from Tirana. The procedure was photographed by Magnum’s Paolo Pellegrin; the resulting images capture the beauty and the drama of the lifesaving treatment. Now, the awake surgery technique is being developed and used for other types of surgery, such as head and neck surgeons who implant prosthetic devices to replace damaged vocal cords, for example.

nn11450128-overlaynn11450128-overlayALBANIA. Tirana. 2015. Professors Henry Marsh and Mentor Petrela perform awake brain cancer surgery on Gjinovefa Merxira at the department of neurosurgery of the Mother Theresa university hospital.
 
Paolo Pellegrin Professors Henry Marsh and Mentor Petrela perform awake brain cancer surgery on Gjinovefa Merxira at the department of neurosurgery of the Mother Theresa university hospital. 2015. Albania. 2015. © Paolo Pellegrin | Magnum Photos
 
Paolo Pellegrin Ilmi Hasanaj has awake brain surgery performed on him by Professor Henry Marsh at the department of neurosurgery in the Mother Theresa University hospital in Tirana. Albania. 2015. © Paolo Pellegrin | Magnum Photos
nn11462284-overlaynn11462284-overlayProfessors Henry Marsh and Mentor Petrela perform awake brain cancer surgery on Ilmi (ILMI) Hasanaj at the department of neurosurgery of the Mother Theresa university hospital in Tirana, Albania. 2015
 
Paolo Pellegrin Ilmi Hasanaj has awake brain surgery performed on him by Professor Henry Marsh at the department of neurosurgery in the Mother Theresa University hospital in Tirana. Albania. 2015. Albania. 2015. © Paolo Pellegrin | Magnum Photos

Илья Штуца | Проекты в уличной фотографии

February 07, 2017  •  Leave a Comment

Илья Штуца написал интересный пост о некоторых проектах в стритфотографии

Проекты в уличной фотографии

В уличной фотографии можно почти все. Можно, в частности, делать отдельные фотографии и не заморачиваться, а можно делать полноценные проекты (только не спрашивайте меня, чем проект отличается от серии). Тут можно идти двумя путями - можно придумать идею и снимать, имея в голове готовую концепцию, а можно просто снимать не задумываясь, но в один прекрасный момент обнаружить, что какие-то темы, или детали, или цвета, или что-то еще навязчиво повторяются, а значит, обладают особым персональным значением. И вот тогда можно собрать вместе эти фотографии, подумать, что они пытаются тебе сообщить, и, опять же, продолжить исследовать эту идею уже осознанно, с концепцией в голове.

Давайте посмотрим несколько интересных, на мой взгляд, проектов, и попытаемся понять, какие вообще бывают проекты в уличной фотографии и как это обычно делается,

Прежде всего мне хотелось бы упомянуть историю Carolyn Drake, которая называется Two Rivers. Это, конечно, документальная фотография, а не уличная, но, во-первых, это очень хорошая история, полная визуальной поэзии (а это именно то, чего мы ищем), во-вторых, она примерно на 70 процентов состоит из снимков, которые вполне можно отнести к уличной фотографии. Насколько я понимаю, именно с этой историей Кэролин приняли в агенство "Магнум". Чтобы выпустить книгу, фотографу пришлось 15 раз съездить в Среднюю Азию, а в первый раз она поехала туда просто потому, что поняла однажды, что в американской прессе нет вообще никаких упоминаний о Казахстане и Узбекистане. Это именно то, о чем говорит Алекс Вебб - "любой проект начинается с одержимости".

http://carolyndrake.com/Two-Rivers-2007-11

А вот совсем другой проект, это уже чистая уличная фотография. Ин Тан, китаянка, живущая в Кельне, сняла проект под названием "Когда дует ветер". Наверно, все уличные фотографы снимали что-то и как-то в ветреную погоду - волосы, юбки и так далее - но только Ин сделала из этого целый законченный проект. Можно, конечно, вспомнить Мартина Парра с его Bad weather, но, пожалуй, и все.

http://www.yingphotography.com/when-the-wind-blows/

Довольно интересный проект Димитрия Меллоса "Imagined communities", "Воображаемые сообщества". Мы не знаем, к каким сообществам принадлежат люди на снимках, и можем строить любые предположения. Вместо того, чтобы раскрывать эту тайну, снимая подробную историю про каждую группу, фотограф оставляет зрителя один на один с одиночными фотографиями людей, принадлежащих (возможно) к некоторым социальным или этническим группам.
С другой стороны, есть книга, которая так и называется, Imagined communities, и возможно, Димитрис читал эту книгу. Там основная идея в том, что нация - это воображаемое сообщество, потому что все члены этого сообщества никогда не знают друг друга в лицо, наличие некоторой общности предполагается, это идеология. Тогда, конечно, это совсем другая история

http://www.dimitrimellos.com/imagined-communities-3

Очень простой проект очень непростого итальянца Умберто Вердолива. Проект называется "Parallel realities", и посвящен он, как нетрудно догадаться, теням. Опять же, многие снимают тени, но Умберто сделал это довольно интересно и, опять же, собрал законченную серию.
А самого Умберто я называю непростым, потому что если посмотреть его сайт, можно увидеть, что под каждый проектом обязательно написано - "Эта серия напечатана в таком-то журнале, победила в таком-то конкурсе, и так далее. Но это, в общем-то, к делу не относится.

http://www.umbertoverdoliva.it/parallel_realities.html

Очень интересная, по-моему, история Ариндама Токдера про то, как постепенно приходят в упадок и становятся никому не нужны желтые уличные таксофоны. - Когда я приехал в Бангалор, - говорит Ариндам, - у меня не было другого способа связи, кроме таксофона. Но постепенно все меньше и меньше людей ими пользовались. Ариндам снял это увядание, получилось хорошо.

https://arindamthokder.wordpress.com/vanishing-phone/

Colours of memory Лукаса Василикоса. Лукас не дает никакого описания, поэтому можно предположить, что он снимал сцены, которые навевали на него воспоминания. Увидит, скажем, красную кофточку и думает - ага, в аккурат такая была у моей тетушки Розалии. Я утрирую, конечно, но примерно так. Но можно сделать и другое предположение, что это такой арт-подход - собрать коллекцию фотографий, никак явно не связанных между собой, и придумать красивое многозначительное название, а зритель пусть сам ищет в этом всой смысл, он так устроен, что обязательно найдет.

http://lukasvasilikos.com/gallery/colors-of-memory/

А вот работа на границе уличной фотографии и репортажа. Ссылка на эту публикацию в "русском репортере" промелькнула у меня в ленте как раз тогда, когда я готовил эту подборку, поэтому я ее тоже показываю. Виктория Морозова ходила по разным водоемам Омска и смотрела, как люди купаются и отдыхают в местах, для этого не предназначенных. Могло быть снято в любом городе России, в Хабаровске я наблюдал примерно такие же сцены

http://rusrep.ru/article/2013/01/31/beach_vacation

Следующий проект - тоже грань между репортажем и уличной фотографией. Это очень известная история, но пусть тоже будет тут, вдруг кто-то не видел. Поляк Мачей Дакович, приехав по работе в столицу Уэльса Кардифф, был поражен тем, как валлийцы и англичане оттягиваются в пятницу вечером после недели, проведенной в офисе. Он решил это задокументировать, для этого он брал камеру, шел в паб, выпивал с народом пару пинт "Гиннеса", чтобы быть на одной волне, и шел гулять.

http://www.maciejdakowicz.com/cardiff-after-dark/

Очень интересный проект Алисон Маккаули "Anyway but here", "Где угодно, но не здесь". В этом проекте Алисон исследует чувство, которое, наверно, бывало у каждого - что здесь не то место, в котором мне следует находиться и что в каком-то другом месте наверняка будет лучше. "Я всегда переезжаю с места на место, - пишет Алисон, - и меня всегда интересовало, как это - испытывать чувство к принадлежности какой-то стране или сообществу. Я сама никогда не испытывала этого чуства и не хочу".

http://www.amccauley.ch/albums/anywhere-but-here

Еще один очень простой, но любопытный проект - "Other people's art" американца Эда Питерса. Мы все время окружены искусством других людей - заметил однажды Эд. И снял про это историю.

http://www.epetphoto.com/gallery/other-peoples-art/

Еще один пример проекта, начавшегося с одержимости и предпринятого, чтобы избавиться от наваждения - "Wounded" австралийца Джесса Марлоу. Началась эта история с того, что Джесс сломал руку. После этого он начал всюду замечать людей в гипсе, людей на костылях, людей с забинтованной головой или заклеенным носом... Чтобы избавиться от этого наваждения, он стал их снимать. Такая фотографическая психотерапия. Получилось интересно, потому что видно - тема не высосана из пальца, мол, "что бы такого снять необычного", она действительно волновала автора.

http://www.jessemarlow.com/wounded

Не знаю, насколько то, что мы видим на сайте Харалампоса Кидонакиса, он же Dirty Harry, можно назвать отдельными проектами, или же скорее весь сайт является одним большим сложным арт-проектом. Если зайти на главную страницу, мы увидим заглавные картинки разных галерей. При наведении на них курсора всплывают названия:

"Once" "Upon" "A" "Time" "On the island of" "Minotaur" "Fumus" "Et" "Umbra" "Fabula"

Внутри никаких комментариев, только картинки и эпиграф, например, из Годара:

ALPHA-60 : you cannot escape , the door is locked
CAUTION : try to stop me , pal

Все это, опять же наводит на разные мысли, каждого на свои. Довольно любопытно.

http://www.dirtyharrry.com/

Один из моих любимых проектов - "Nothing special" Мартина Коллара. Мартин ездил несколько лет по своей родной Словакии, и проект состоит из картинок, подсмотренных в разных частях этой страны, на которых, действительно, не происходит ничего особенного, но все вместе они создают ощущение полнейшего абсурда и сюрреальности.

http://www.martinkollar.com/nothing-special/

Проект "Salaryman"живущего в Токио француза Bruno Quinquet - тоже довольно известная история. В проекте исследуется тема Privacy - насколько фотограф, делая снимки людей в общественном месте, вторгается в их частную жизнь? Японцы очень трепетно к этому относятся, и Бруно решил снимать офисных работников, занимающихся в рабочий перерыв в центре Токио самыми разными вещами, так, чтобы их нельзя было опознать. Ни на одной фотографии мы не увидим целиком ни одного лица - в этом фишка проекта. Но не только - это очень красивая работа, действительно пропитанная японским духом.

http://www.brunoquinquet.com/en/salaryman_en.html#mainTop

А вот еще один японский проект, на этот раз снятый японцем, Шином Ногучи - Something here. Это не история, а, скорее, философия, попытка осмысления - а почему я, собственно, занимаюсь уличной фотографией, что я ищу?
"Я пытаюсь визуализировать слова Марка Твена "Правданеобычнее вымысла" - пишет Шин.

http://www.shinnoguchiphotography.com/photo/something_here/

И, напоследок - еще один документальный проект, который отлично вписывается в рамки уличной фотографии, "Dakar Nuit" француза Ульрика Лебефа (Ulrick Lebeuf). Я уже показывал его отдельным постом, но пусть будет здесь тоже, очень люблю эту работу.

Вот на этом сайте она представлена довольно хорошо, только смотреть надо не пролистывая вниз, а щелкнув на первую картинку и потом листая картинки стрелочками:

http://gawlab.net/immersions/ulrich-lebeuf-dakar-nuit/

Вот еще отличная история, просто как образец того, как можно делать - Destroying the laboratory for the sake of the experiment фотографа Марка Пауэлла и поэта Дэниэла Кокрилла. Марк и Дэниэл ездили вместе по разным маленьким английским городкам,получали один и тот же визуальный опыт, при этом Марк делал фото, а Дэниэл писал стихи. Вот что у них получилось - отличный пример, когда 2+2 больше четырех:

https://vimeo.com/61095822


WINNERS of the 7th HT Photo Contest | Havana Times

February 04, 2017  •  Leave a Comment

HAVANA TIMES — Today we are pleased to present the winners of the 7th HT Cuba Photo Contest. A total of 190 photographers submitted 1,506 pictures and the contest was very competitive with a high level of work by both amateur and professional photographers.

 

00560

WINNER: A couple of 100-year-olds spend most of their day sitting together. It was an emotional moment to capture the expression of love between them.  The picture was taken in Trinidad.  Felix Lupa, Israel

001208

Special Mention: – One step from glory.  Rafael Velázquez Mora, México

0068

Special Mention:  A girl shares her ice cream with a friend and classmate during a school outing in Old Havana. – Alfonso Aguilar, México

 

BICYCLES

00475

WINNER: “Blessed by the rain” – Playing in the rain is something common and desired by many children. In Havana, little kids love to feel free and be blessed by nature. In the summer of 2014 this little boy made me remember my childhood with its innocence and free spirit.  Eduardo Garcia, Cuba

00344

Special Mention:  César Vilá, Cuba

PORTRAITS

00563

WINNER:  An exciting intimate moment of a grandmother and her granddaughter. The picture was taken in Cienfuegos. Felix Lupa, Israel

 

001107

Special Mention:  Portrait of an elderly man in Ciego de Avila.  Orlando Garcia, Cuba

WORKSHOPS/STUDIOS

WINNER: Visiting the studios and workshops of Cuba is to see and learn so much of the vibrant Cuban culture. This dramatic sculpture really caught my EYE. I tried to show its progression from sketch to sculpture while including Solomon the artist himself in the background of his workshop in Matanzas. His diverse works have been shown worldwide from painting to sculpting to ceramics. All very colorful.  Linda Klipp, USA.

001217

Special Mention: Finishing touches.  Rafael Velázquez Mora, Mexico

TEXTURES

0028

WINNER: I took this photo in Havana Vieja. I remember being almost alone in the street, it was very early in the morning. This guy was so focused on his work, and once he noticed me he looked at me like I was a freak taking so many photos of puddles. I guess he had no idea that he was a major part of the shot.  Adar Hay, Israel

00240

Special Mention: Benjamin Bruce, USA

STREET VENDORS

001109

WINNER: This is a typical scene from the Parrandas of Remedios, Villa Clara, annual fiesta where in a small village foreign visitors, domestic tourists, relatives, friends of Cuba and local residents join together to create massive and chaotic scenes but always surrounded by joy. Everything comes together simultaneously.  Orlando García, Cuba

00599

Special Mention: Dame platanos.  Ghyslaine Peigné, France

 

http://www.havanatimes.org/?p=114828

 

 

 


40 of the Best Street Photos of 2016 by Photographers Around the World / petapixel.com

January 30, 2017  •  Leave a Comment

Sebastian Jacobitz, немецкий стрит фотограф из города Берлина выложил на PetaPixel свое видение на состояние стрит фотографии

в мире в 2016 году. Конечно, невозможно из миллионов фотографий выделить действительно несколько лучших, вообще-то, просто

просмотреть подобный объем невозможно, не то, что анализировать, но взгляд автора подборки нам интересен.

2016 was a very interesting year for street photography. It seems that more and more color work is getting popular. Especially in scenes with high contrast light, color images seem to be on equal footing with their colorless counterparts.

I’ve put together a collection of 40 of my favorite street photographs of 2016. The list covers amazing amateur photographers from all over the world who graciously granted me permission to display their pictures.

Through these photos, the photographers represent their beautiful hometowns or sharing their impressions while traveling.

It’s always inspiring for me to see a versatile album of fantastic photographs, I hope you’re inspired by viewing this collection as well.

Chu Viet Ha
Chris Tuarissa
Chris Retro
Boris De Flash
Boogie
Bernd Shaefers
Barry Talis
Ania Klosek
Alpha Andi
Adriana Zebrauskas
Adam Wong
Damon Jah
Martin Waltz
Markus Andersen
Lesya Kim
Kanrapee Chokpaiboon
Jeff Vaillancourt
Jack Simon
Ilya Shtutsa
Ilan Ben Yehuda
Gabi Ben Abraham
Faisal Bin Rahman Shuvo
Eric Mencher
Eric Kim
Dotan Saguy
Don Springer
Md. Enamul Kabir
Viduthalai Mani Dharmaraj
Tyler Simpson
Tobia Faverio
Tatsuo Suzuki
Stuart Paton
Skyid Wang
Salvatore Matarazzo
Ryosuke Takeoka
Rudy Boyer
Oliver Krumes
Muhammad Imam Hasan
Michele Liberti
Thomas Leuthard

About the author: Sebastian Jacobitz is a 27-year-old hobbyist street photographer from Berlin, capturing the everyday life in the city. The opinions in this post are solely those of the author. To see more of his work, visit his website or give him a follow on Facebook and Instagram. This post was also published here.

https://petapixel.com/2017/01/28/40-best-street-photos-2016-photographers-around-world/


Топ-50 самых дорогих ныне живущих художников России

January 28, 2017  •  Leave a Comment

Топ-50 самых дорогих ныне живущих художников России

Представляем обновленную версию рейтинга, который TANR публиковала в 2014 году

В 2014 году мы уже публиковали подобный список, представляем его обновленную версию. В топ-50 вошли художники, родившиеся и работавшие (или продолжающие работать) в СССР-России, чьи произведения на протяжении последних десяти лет продавались на международных аукционах за суммы, превышающие £30 тыс. (выбран британский фунт стерлингов, так как 90% отечественных продаж состоялось в Лондоне именно в этой валюте).

1. Илья Кабаков

Кажется, вообще главный русский художник, отец-основатель московского концептуализма (один из), автор термина и практик «тотальной инсталляции». С 1988 года живет в Нью-Йорке. Работает в соавторстве с женой Эмилией Кабаковой, отчего заголовок должен бы выглядеть как «Илья и Эмилия Кабаковы», но поскольку Илья Иосифович стал известен раньше, чем Илья-энд-Эмилия, то пусть так и остается. Работы находятся в Третьяковской галерее, Русском музее, Эрмитаже, Музее современного искусства в Нью-Йорке (МоMA), Kolodzei Art Foundation (США) и др.

Год рождения: 1933

Произведение: «Жук». 1982

Дата продажи: 28.02.2008

Цена (GBP): 2 932 500

2. Эрик Булатов

Используя приемы, что назовут позже соц-артом, соединил в работах фигуративную живопись с текстом. В советское время успешный иллюстратор детских книг. С 1989 года живет и работает в Нью-Йорке, с 1992 года — в Париже. Первый русский художник с персональной выставкой в Центре Помпиду. Произведения хранятся в собраниях Третьяковской галереи, Русского музея, Центра Помпиду, Музея Людвига в Кельне и др., входят в коллекции Фонда Дины Верни, Виктора Бондаренко, Вячеслава Кантора, Екатерины и Владимира Семенихиных, Игоря Цуканова.

Год рождения: 1933

Произведение: «Слава КПСС». 1975

Дата продажи: 28.02.2008

Цена (GBP): 1 084 500

3. Виталий Комар и Александр Меламид

Создатели соц-арта — ернического направления в неофициальном искусстве, пародирующего символику и приемы официоза. С 1978 года живут в Нью-Йорке. До середины 2000-х работали в паре. В качестве арт-проекта организовали «продажу душ» известных художников через аукцион (душа Энди Уорхола с тех пор в собственности московской художницы Алены Кирцовой). Работы находятся в собраниях МоMA, Музея Гуггенхайма, Метрополитен-музея, Лувра, в коллекциях Шалвы Бреуса, Дарьи Жуковой и Романа Абрамовича и др.

Год рождения: 1943, 1945

Произведение: «Встреча Солженицына и Бёлля на даче у Ростроповича». 1972

Дата продажи: 23.04.2010

Цена (GBP): 657 250

4. Семен Файбисович

Художник-фотореалист, остающийся наиточнейшим реалистом и сейчас, когда живопись увлекает Семена Натановича менее публицистики. Выставлялся на Малой Грузинской, где в 1985 году был замечен нью-йоркскими дилерами и коллекционерами. С 1987 года регулярно экспонируется в США и Западной Европе. Активный сторонник отмены закона о пропаганде гомосексуализма в России. Живет и работает в Москве. Работы находятся в собраниях Третьяковской галереи, Московского дома фотографии (Мультимедиа Арт Музей), музеев Германии, Польши, США, входят в коллекции Дарьи Жуковой и Романа Абрамовича, Игоря Маркина, Игоря Цуканова.

Год рождения: 1949

Произведение: «Солдаты». 1989. Из серии «Вокзалы»

Дата продажи: 13.10.2007

Цена (GBP): 311 200

5. Григорий (Гриша) Брускин

Главный герой первого и последнего советского аукциона Sotheby’s в 1988 году, где его «Фундаментальный лексикон» стал топ-лотом (£220 тыс.). По приглашению немецкого правительства создал монументальный триптих для реконструированного Рейхстага в Берлине. Обладатель Премии Кандинского в номинации «Проект года» за выставку «Время „Ч“» в Мультимедиа Арт Музее. Живет и работает в Нью-Йорке и Москве. Работы находятся в собраниях Третьяковской галереи, Русского музея, ГМИИ им. А.С.Пушкина, Музея Людвига в Кельне, MoMA, Музея еврейской культуры (Нью-Йорк) и др., входят в коллекции королевы Испании Софии, Петра Авена, Шалвы Бреуса, Екатерины и Владимира Семенихиных, Милоша Формана.

Год рождения: 1945

Произведение: «Логии. Часть 1». 1987

Дата продажи: 07.11.2000

Цена (GBP): 424 000

6. Олег Целков

Один из самых известных шестидесятников, в 1960-е начавший и до сих пор продолжающий цикл картин, на которых изображает грубые, будто вылепленные из глины человеческие лица (или фигуры), раскрашенные яркими анилиновыми цветами. С 1977 года живет в Париже. Работы находятся в собраниях Третьяковской галереи, Русского музея, Эрмитажа, Музея Циммерли Университета Ратгерса и др., входят в коллекции Михаила Барышникова, Артура Миллера, Игоря Цуканова. Крупнейшая в России частная коллекция работ Целкова принадлежит Евгению Евтушенко.

Год рождения: 1934

Произведение: «Мальчик с воздушными шариками». 1957

Дата продажи: 26.11.2008

Цена (GBP): 238 406

7. Оскар Рабин

Лидер Лианозовской группы (московские художники-нонконформисты 1950–1960-х), организатор скандальной Бульдозерной выставки 1974 года. Первым в Советском Союзе стал продавать работы частным образом. В 1978 году был лишен советского гражданства. Живет в Париже. В 2006 году стал лауреатом премии «Инновация» за вклад в искусство. Работы находятся в собраниях Третьяковской галереи, Русского музея, Московского музея современного искусства, Музея Циммерли Университета Ратгерса, входят в коллекции Александра Глезера, Вячеслава Кантора, Александра Кроника, Иветы и Тамаза Манашеровых, Евгения Нутовича, Аслана Чехоева.

Год рождения: 1928

Произведение: «Город и луна» («Социалистический город»). 1959

Дата продажи: 15.04.2008

Цена (GBP): 171 939

8. Зураб Церетели

Крупнейший представитель и без того монументального искусства. Автор памятника Петру I в Москве и монумента «Добро побеждает зло» перед зданием ООН в Нью-Йорке. Основатель Московского музея современного искусства, президент Российской академии художеств, создатель Галереи искусств Зураба Церетели, работающей при вышеупомянутой академии. Скульптуры Церетели, помимо России, украшают Бразилию, Великобританию, Грузию, Испанию, Литву, США, Францию и Японию.

Год рождения: 1934

Произведение: «Сон Афона»

Дата продажи: 01.12.2009

Цена (GBP): 151 250

9. Виктор Пивоваров

Один из основоположников московского концептуализма. Как и Кабаков, изобретатель жанра концептуалистского альбома; как и Кабаков, Булатов и Олег Васильев — успешный иллюстратор детских книг, сотрудничавший с журналами «Мурзилка» и «Веселые картинки». С 1982 года живет и работает в Праге. Произведения находятся в собраниях Третьяковской галереи, Русского музея, ГМИИ им. А.С.Пушкина, Kolodzei Art Foundation (США), в коллекциях Екатерины и Владимира Семенихиных, Игоря Цуканова.

Год рождения: 1937

Произведение: «Триптих со змеей». 2000

Дата продажи: 18.10.2008

Цена (GBP): 145 250

10. Александр Меламид

Половина творческого тандема Комар — Меламид, распавшегося в 2003 году. Вместе с Виталием Комаром участник Бульдозерной выставки (где погиб их «Двойной автопортрет», основополагающее произведение соц-арта). С 1978 года живет в Нью-Йорке. О том, в каких известных собраниях находятся произведения Меламида, созданные им самостоятельно, информации нет.

Год рождения: 1945

Произведение: «Кардинал Жозе Сарайва Мартинш». 2007

Дата продажи: 18.10.2008

Цена (GBP): 145 250

11. Франсиско Инфанте-Арана

Обладатель, пожалуй, самого увесистого среди российских художников списка выставок. Участник группы кинетистов «Движение», в 1970-е нашел свой вариант фотоперформанса, или «артефакт» — геометрические формы, интегрированные в природный ландшафт.

Год рождения: 1943

Произведение: «Выстраивание знака». 1984

Дата продажи: 31.05.2006

Цена (GBP): 142 400

12. Владимир Янкилевский

Сюрреалист, один из главных героев послевоенного московского неофициального искусства, создатель монументальных философских полиптихов.

Год рождения: 1938

Произведение: «Триптих № 10. Анатомия души. II». 1970

Дата продажи: 23.04.2010

Цена (GBP): 133 250

13. Александр Виноградов и Владимир Дубосарский

Живописный проект «Картины на заказ», начатый ими в безнадежные для живописи 1990-е годы, получил по заслугам в 2000-е. Дуэт стал популярен у коллекционеров, а одна картина попала в собрание Центра Помпиду.

Год рождения: 1963, 1964

Произведение: «Ночной фитнес». 2004

Дата продажи: 22.06.2007

Цена (GBP): 132 000

14. Сергей Волков

Один из героев перестроечного искусства, известный экспрессивными картинами с глубокомысленными высказываниями. Участник советского аукциона Sotheby’s в 1988 году.

Год рождения: 1956

Произведение: «Двойное видение. Триптих»

Дата продажи: 31.05.2007

Цена (GBP): 132 000

15. АЕS+F (Татьяна Арзамасова, Лев Евзович, Евгений Святский, Владимир Фридкес)

Проекты АЕS отличались хорошей подачей в разгильдяйские 1990-е, чем и запоминались. Сейчас делают большие анимационные фрески, транслируемые на десятках экранов.

Год рождения: 1955, 1958, 1957, 1956

Произведение: «Воин № 4»

Дата продажи: 12.03.2008

Цена (GBP): 120 500

16. Лев Табенкин

Скульптор и живописец со скульптурным видением, как будто лепящий своих героев из глины.

Год рождения: 1952

Произведение: «Джазовый оркестр». 2004

Дата продажи: 30.06.2008

Цена (GBP): 117 650

17. Ольга Булгакова

Одна из главных фигур интеллигентской «карнавальной» живописи брежневской эпохи. Член-корреспондент Российской академии художеств.

Год рождения: 1951

Произведение: «Сон о красной птице». 1988

Дата продажи: 22.11.2010

Цена (GBP): 100 876

18. Сергей и Алексей Ткачевы

Классики позднесоветского импрессионизма, ученики Аркадия Пластова, известные своими картинами из жизни русской деревни.

Год рождения: 1922, 1925

Произведение: «Субботний день». 1973

Дата продажи: 20.10.2016

Цена (GBP): 97 935

19. Александр Иванов

Абстракционист, который известен в первую очередь как бизнесмен, коллекционер и создатель Музея Фаберже в Баден-Бадене (Германия).

Год рождения: 1962

Произведение: Love. 1996

Дата продажи: 05.06.2013

Цена (GBP): 97 250

20. Иван Чуйков

Независимое крыло московского живописного концептуализма. Автор серии картин-объектов «Окна». Как-то в 1960-х сжег все свои живописные работы, о чем до сих пор печалятся галеристы.

Год рождения: 1935

Произведение: «Без названия». 1986

Дата продажи: 12.03.2008

Цена (GBP): 96 500

21. Константин Звездочетов

В молодости участник группы «Мухомор», члены которой называли себя «отцами „новой волны“ в Советском Союзе» — с полным на то основанием; с наступлением творческой зрелости участник Венецианской биеннале и кассельской Documenta. Исследователь и ценитель визуального в советской низовой культуре.

Год рождения: 1958

Произведение: Perdo-K-62M

Дата продажи: 13.06.2008

Цена (GBP): 92 446

22. Наталья Нестерова

Одна из главных арт-звезд брежневского застоя. Любима коллекционерами за фактурный живописный стиль.

Год рождения: 1944

Произведение: «Мельник и его сын». 1969

Дата продажи: 15.06.2007

Цена (GBP): 92 388


23. Максим Кантор

Живописец-экспрессионист, выступавший в павильоне России на Венецианской биеннале в 1997 году, а также публицист и писатель, автор философско-сатирического романа «Учебник рисования» о подноготной российского художественного мира.

Год рождения: 1957

Произведение: «Структура демократии». 2003

Дата продажи: 18.10.2008

Цена (GBP): 87 650

24. Андрей Сидерский

Создает живопись в изобретенном им стиле пси-арт. Перевел на русский сочинения Карлоса Кастанеды и Ричарда Баха.

Год рождения: 1960

Произведение: «Триптих»

Дата продажи: 04.12.2009

Цена (GBP): 90 000


25. Валерий Кошляков

Известен картинами с архитектурными мотивами. Крупнейший представитель «южнорусской волны». Часто использует картонные коробки, пакеты, скотч. Первая выставка с его участием прошла в общественном туалете в Ростове-на-Дону в 1988 году.

Год рождения: 1962

Произведение: Москва. 2006

Дата продажи: 17.10.2013

Цена (GBP): 84 629

26. Алексей Сундуков

Создает лаконичные, свинцовые по цвету картины о «свинцовых мерзостях» обыденной российской жизни.

Год рождения: 1952

Произведение: «Суть бытия». 1988

Дата продажи: 23.04.2010


27. Никас Сафронов

Советский и российский живописец, автор портретов российских чиновников и звезд шоу-бизнеса. В своем творчестве продолжает традиции салонной живописи. Заслуженный художник РФ (2013).

Год рождения: 1956

Произведение: «Мечта об Италии»

Дата продажи: 07.06.2011

Цена (GBP): 63 650

28. Игорь Новиков

Принадлежит к генерации московских художников-нонконформистов конца 1980-х годов.

Год рождения: 1961

Произведение: «Кремлевский завтрак, или Москву на продажу». 2009

Дата продажи: 03.12.2010

Цена (GBP): 62 092

29. Вадим Захаров

Архивариус московского концептуализма. Автор эффектных инсталляций на глубокомысленные темы, представлял Россию на Венецианской биеннале.

Год рождения: 1959

Произведение: «Барокко». 1986–1994

Дата продажи: 18.10.2008

Цена (GBP): 61 250

30. Светлана Копыстянская

Известна инсталляциями из живописных полотен. После московского аукциона Sotheby’s 1988 года работает за границей.

Год рождения: 1950

Произведение: «Морской пейзаж»

Дата продажи: 13.10.2007

Цена (GBP): 57 600

31. Борис Орлов

Скульптор, близкий соц-арту. Знаменит своими работами в ироничном «имперском» стиле и мастерской выделкой бронзовых бюстов и букетов.

Год рождения: 1941

Произведение: «Матрос». 1976

Дата продажи: 17.10.2013

Цена (GBP): 55 085

32. Вячеслав Калинин

Автор экспрессивных картин из жизни городских низов и пьющей богемы.

Год рождения: 1939

Произведение: «Автопортрет с дельтапланом»

Дата продажи: 29.11.2007

Цена (GBP): 54 500

33. Евгений Семенов

Известен фотосерией с больными болезнью Дауна, исполняющими роли евангельских персонажей.

Год рождения: 1960

Произведение: «Сердце». 2009

Дата продажи: 29.06.2009

Цена (GBP): 49 250

34. Юрий Купер

Прославился ностальгическими полотнами с предметами старого быта. Автор пьесы «Двенадцать картин из жизни художника», поставленной в МХТ им. А.П.Чехова.

Год рождения: 1940

Произведение: «Окно. Улица Дасса, 56». 1978

Дата продажи: 09.06.2010

Цена (GBP): 49 250

35. Александр Косолапов

Художник соц-арта, чьи произведения стали мишенью для всевозможных нападок. Во время ярмарки «Арт Москва — 2005» одна из его работ была уничтожена религиозным фанатиком с молотком.

Год рождения: 1943

Произведение: «Мальборо Малевич». 1987

Дата продажи: 12.03.2008

Цена (GBP): 48 500

36. Леонид Соков

Ведущий скульптор соц-арта, соединивший фольклор с политикой. В числе знаменитых произведений — «Прибор для определения национальности по форме носа».

Год рождения: 1941

Произведение: «Медведь, бьющий молотом по серпу». 1996

Дата продажи: 12.03.2008

Цена (GBP): 48 500

37. Константин Худяков

Автор картин на религиозные сюжеты. Сейчас работает в цифровой художественной технике.

Год рождения: 1945

Произведение: «Тайная вечеря». 2007

Дата продажи: 18.02.2011

Цена (GBP): 46 850

38. Анатолий Осмоловский

Один из главных деятелей московского акционизма 1990-х, теоретик искусства, куратор, издатель и руководитель исследовательско-образовательной программы «Институт „База“», лауреат первой Премии Кандинского.

Год рождения: 1969

Произведение: «Хлеб». 2009. Из серии «Язычники»

Дата продажи: 23.04.2010

Цена (GBP): 46 850

39. Дмитрий Врубель

Живописец-фотореалист, известный главным образом благодаря изображению целующихся Брежнева и Хонеккера на Берлинской стене.

Год рождения: 1960

Произведение: Fraternal kiss (triptych). 1990

Дата продажи: 25.11.2013

Цена (GBP): 45 000

40. Леонид Ламм

Автор инсталляций, соединивших мотивы русского авангарда и сцены советского тюремного быта. Живет в Америке. В 1970-е по ложному обвинению провел три года в тюрьмах и лагерях.

Год рождения: 1928

Произведение: «Яблоко II». 1974–1986. Из серии «Седьмое небо»

Дата продажи: 16.12.2009

Цена (GBP): 43 910

41. Ирина Нахова

Муза московского концептуализма. Лауреат Премии Кандинского 2013 года в номинации «Проект года». В 2015 году представляла Россию на 56-й Венецианской биеннале.

Год рождения: 1955

Произведение: «Триптих». 1983

Дата продажи: 12.03.2008

Цена (GBP): 38 900

42. Катя Филиппова

Авангардный дизайнер одежды, ставшая знаменитой в перестройку. Украшала витрины парижского универмага Galeries Lafayette, дружила с Пьером Карденом.

Год рождения: 1958

Произведение: «Марина Ладынина». Из серии «Русский Голливуд»

Дата продажи: 12.03.2008

Цена (GBP): 38 900

43. Юрий Альберт

Российский художник-концептуалист, автор объектов, фирменным приемом которого можно назвать «ироничное цитирование» известных произведений искусства и художников. Лауреат Премии Кандинского 2011 года в номинации «Проект года».

Год рождения: 1959

Произведение: «Я не Кабаков». 1982

Дата продажи: 25.11.2014

Цена (GBP): 37 500


44. Борис Заборов

Театральный художник, книжный иллюстратор. В 1980 году эмигрировал в Париж, работал над костюмами для «Комеди Франсез».

Год рождения: 1935

Произведение: «Причастница». 1981

Дата продажи: 30.10.2006

Цена (GBP): 36 356


45. Алексей Морозов

Скульптор и живописец, часто обращается к античным сюжетам. Будущее, хорошенько укорененное в прошлом, стало неизменной концептуальной закваской его новых работ.

Год рождения: 1974

Произведение: «Carrus I (бронза)». 2011

Дата продажи: 25.11.2014

Цена (GBP): 35 000


46. Михаил Шемякин

Живописец, график и скульптор, любитель макабрических образов. С 1971 года живет за рубежом — сперва во Франции, затем в США. Автор нескольких нашумевших памятников в Москве, Самаре, Санкт-Петербурге и других городах. Успешный театральный художник. Лауреат Государственной премии РФ.

Год рождения: 1943

Произведение: «Без названия». 1985

Дата продажи: 13.06.2008

Цена (GBP): 34 450


47. Ростислав Лебедев

Классический художник соц-арта, соратник (и сосед по мастерским) Бориса Орлова и Дмитрия Пригова. Творчески преобразовал наглядную агитацию советских времен.

Год рождения: 1946

Произведение: «Русская сказка». 1949

Дата продажи: 05.06.2008

Цена (GBP): 34 000


48. Андрей Филиппов

Принадлежит к московской концептуальной школе. Автор картин и инсталляций, объединенных темой «Москва — третий Рим». С 2009 года совместно с Юрием Альбертом и Виктором Скерсисом входит в группу «Купидон».

Год рождения: 1959

Произведение: «Семь футов под килем». 1988

Дата продажи: 31.05.2006

Цена (GBP): 33 600


49. Айдан Салахова

Художница, скульптор, в прошлом — галеристка, одна из ключевых фигур современного российского искусства.

Год рождения: 1964

Произведение: «Без слов № 14 (мрамор)». 2015

Дата продажи: 07.06.2016

Цена (GBP): 32 500


50. Владимир Шинкарев

Основатель и идеолог художественной группы «Митьки». В его романе «Митьки» впервые и прозвучало это понятие. Роман написал от скуки, работая в котельной.

Год рождения: 1954

Произведение: «Площадь Ленина I». 1999

Дата продажи: 30.06.2008

Цена (GBP): 32 450


History and Photography of Josef Koudelka

January 22, 2017  •  Leave a Comment

The Wall and the Exile: the History and Photography of Josef Koudelka

“I was brought up behind the wall and all my life I wanted to get out, and this is the principle of the wall — you know you can’t get out.” – Josef Koudelka

The wall and the search for freedom have been the main themes throughout the work of Josef Koudelka. Born in 1938 in Czechoslovakia and an engineer by trade, Koudelka would take up photography at 30 years old, making his first mark as a photographer during the Soviet invasion of Prague in 1968 that ended the reforms of the Prague Spring.

Smuggled out of the country by the Magnum Agency and published anonymously under the initials P.P (Prague Photographer), the work of Koudelka during the invasion was so prolific that it led many photo editors to think that it was the work of a collective of photographers instead of a single person. Because of this, Koudelka needed to leave, and Magnum helped him to escape to England in 1970, where he applied for political asylum. However, without a true home to be able to go back to, Koudelka became a nomadic photographer, traveling around Europe in search of freedom.

“When I first started to take photographs in Czechoslovakia, I met this old gentleman, this old photographer, who told me a few practical things. One of the things he said was, “Josef, a photographer works on the subject, but the subject works on the photographer.”

A major theme that grew in Koudelka’s work was of the strength of human spirit that shines through a bleak and difficult existence, an existence that mirrored his own. Koudelka’s first major work after the war was a project on the Romani (gypsies) of Eastern Europe, where he embedded himself with the group, often sleeping outside, and leading the Romani to think of him as even poorer than them. He often focused on social and cultural rituals, along with death.

While gypsies were typically looked down upon, Koudelka showed an understanding of them through his photographs, and he photographed them in a respectful and thoughtful manner. Throughout these photographs, you can see glimmers of mutual understanding, and you can often feel the presence of Koudelka just behind the camera. When Koudelka turns his camera on a subject, it is clear that he is also photographing himself in a way.

“Whatever I do, essentially, I do for myself. I didn’t do “Gypsies” to save Gypsies because even I know I can’t save them. So everything I do for myself. If it helps something, I am very pleased. I go around the world and try to discover what interests me and what has something to do with me. For that reason, I never work for a magazine, I never did any fashion, I never made any publicity. For me, a project must interest me and have something to do with me.”

“Nothing is permanent — that’s also what I learned from the Gypsies. Bresson used to tell me that your problem is that you don’t think about the future, and that’s exactly what I learned from the Gypsies. Not to worry much about the future. And I learned that to be alive I don’t need much. So I never worried about money because I knew in the past if I needed the money I borrowed it so I didn’t lose the time.”

The next project that Koudelka would work on turned into the famous book Exiles, publish in 1988. The photographs were deeply personal and mostly taken throughout his travels in Europe and the United States after escaping his home. While the photographs are dark, lonely, brooding, and alienated, they also show the perseverance and strength of people.

“Koudelka’s unsentimental, stark, brooding, intensely human imagery reflect his own spirit, the very essence of an exile who is at home wherever his wandering body finds haven in the night.” – Cornell Capa

One of his most famous images from the book, of a dog scavenging a bleak wintery landscape, is reminiscent of a self-portrait. You can imagine Koudelka just behind the dog scavenging with his camera.

“I became what I am from how I was born, but also what photography made from me. Other people ask me, ‘Are you still Czech or are you French?’ I don’t know who I am — people who see me might say who I am. I am the product of all this continuous traveling, but I know where I come from.”

For the last 25 years, Koudelka has been working on a landscape project – “I have been interested in how contemporary man influences the landscape.” His landscapes are bleak and ominous, show the ravages of industry, and even though they are devoid of people, they all show the weight of people on their surroundings. They are both ugly and beautiful.

“The changes taking place in this part of Europe are enormous and very rapid. One world is disappearing. I am trying to photograph what’s left. I have always been drawn to what is ending, what will soon no longer exist.”

These landscapes lead Koudelka to his most recent project, photographing the walls between Israel and Palestine. It’s here that his work has come full circle, photographing something foreign yet familiar to him. The wall is both a barrier between the Israelis and Palestinians and between humanity and nature.

“One day, while we were walking along the Wall I saw a graffiti that said: ‘One Wall, two prisons’. That sums up how I was feeling. You know, I grew up in Czechoslovakia, behind a wall. I always wanted to get to the other side.”

“I know what a wall is about.”

Purchase Josef Koudelka: Exiles

взято https://www.jamesmaherphotography.com/street_photography/wall-exile-history-photography-josef-koudelka/


31 Pulitzer Prize-Winning Photos

January 19, 2017  •  Leave a Comment

Here Are 31 Pulitzer Prize-Winning Photos From The Last Three Decades

 

by Akarsh Mehrotra

 
 

Disclaimer: Photos are not necessarily from the same segment of Pulitzer categories, but have all won awards in their respective years.

Photography is not just a skill, it is an art. They don't say a picture speaks a thousand words for no reason. Every photo can affect us differently. Some can be music to the eyes, some can make our blood boil, while others can bring tears of joy or despair. A great photographer is someone who unveils the emotion and story by capturing the perfect moments for the world to see. The world has been gifted with many such individuals and some of them make it to the top of the list and cement their names in Pulitzer history, one of the highest awards one can receive in the field.

Have a look at 31 amazing captures from 1986 to 2016 that won the Pulitzer prize for photography in different categories. 

1. 1986: Tom Gralish - For series of photos on Philadelphia's homeless.

 

2. 1987: David C Peterson - For photos depicting the broken dreams of American farmers.

 

3. 1988: Michel duCille - For photos portraying the rehabilitation of a housing project overrun by drug crack.

 

4. 1989: Ron Olshwanger - For a spot photo of a firefighter giving mouth to mouth resuscitation to a kid rescued from a burning building.

 

5. 1990: Photo staff, The Tribune - For spot photo showing the damage caused by the Bay Area earthquake on 17th Oct, 1989.

 

6. 1991: Greg Marinovich - For a series of pictures depicting the brutality conducted by the South African National Congress supporters on a man they thought was a Zulu spy. It was titled the 'Human Torch'.

 

7. 1992: John Kaplan - For a photo series depicting the diverse lifestyles of 21 year olds across USA.

 

8. 1993: Ken Geiger and William Snyder - For a spot photo of the Nigerian women's team winning 3rd place in 4 x 100m relay during the 1992 Olympics

 

9. 1994: Kevin Carter - For feature photography depicting the Sudanese famine. This photo shows a girl crawling to the feeding center as a vulture waits nearby. The photographer committed suicide shortly after this.

 

10. 1995: Carol Guzy - For spot photography showing the 'Crisis in Haiti'.

 

11. 1996: Stephanie Welsh - For a sequence of images during female genital cutting rites in Kenya.

 

12. 1997: Annie Wells - For a photo showing a local firefighter rescuing a teenage girl during a raging flood.

 

13. 1998: Martha Rial - For a spot photograph depicting the struggles of those affected by the conflict between Rwanda & Burundi.

 

14. 1999: Associated Press staff - For a photo that shows the humanity and the horror side of the embassy bombings in Kenya & Tanzania.

 

15. 2000: Carol Guzy, Micheal Williamson & Lucian Perkins - For a series of photos depicting the plight of Kosovo refugees.

 

16. 2001: Alan Diaz - For breaking news spot photography showing the US federal agents taking Cuban boy, Elian Gonzalez, who was hiding in his relatives' Miami house, and return him to Cuba.

 

17. 2002: New York Times - For breaking news photo features on the horrific attack on the WTC towers on 11th Sept, 2001.

 

18. 2003: Don Bartletti - For a series of photos portraying how Central American youths face life threatening danger to travel to the US.

 

19. 2004: Carolyn Cole - For a series of photos depicting behind the scenes look at the affects of the Liberian civil war.

 

20. 2005: Deanne Fitzmaurice - For a series of photos of a recovering Iraqi boy nearly killed in a explosion.

 

21. 2006: Todd Heisler - For a photo feature on the haunting behind the scenes look at the funerals of Colorado Marines who returned home in caskets from Iraq.

 

22. 2007: Renee C Byer - For a portrait capturing an intimate moment of single mother with her young son, as he loses his battle with cancer.

 

23. 2008: Preston Gannaway - For a feature on a family whose parents are terminally ill.

 

24. 2009: Patrick Farrell - For his spot news photo labeled, 'After the storm'.

 

25. 2010: Mary Chind - For a breaking news spot photo of a heart-stopping moment where a firefighter dangles from a makeshift harness to rescue a woman trapped beneath the foaming water of a dam.

 

26. 2011: Barbara Davidson - For a feature on a family supported by a single mother staying in a single bedroom apartment.

 

27. 2012: Moussad Hossaini - For a breaking news photo of a 12-year-old screaming after a suicide bomb blast at the Abul Fazal Shrine in Kabul on 6th December, 2011.

 

28. 2013: Rodrigo Abd, Narciso Contreras, Khalil Hamra, Manu Brabo and Muhammed Muheisen - For breaking news photography. This is a photo of a Syrian holding his child who was killed by the Syrian Army.

 

29. 2014: Josh Haner - For a feature on Jeff Bauman who lost both his legs during the explosion at the Boston Marathon on 15th Apr, 2013.

 

30. 2015: Daniel Berehulak- For a feature on the Ebola Crisis. This photo shows Etienne Ouamouno, the father of the baby, thought to be Patient Zero in the Ebola epidemic during 2014.

 

31. 2016: Sergey Ponomarev (NY Times) - For a feature on the refugee crisis. This photo shows refugees desperately trying to board a train on the border of Serbia, heading towards Zagreb.